Книга Заказ на фею, страница 47 – Маруся Хмельная

— Хорошо, – кивнула я.

— А я сейчас приду. Не поубивайте друг друга, – посмотрел он на нас выразительно и пошёл к лесу.

— Куда он? – спросила я.

— Скоро увидишь, – загадочно улыбнулся атон. – А пока давай, медитируй, прыгай или танцуй. Всё, что тебе надо.

— При тебе?

— Я твоя охрана. Не обращай внимания.

Угу, легко сказать.

Глава 16

Я сидела и вспоминала, что я знаю о медитации. В институте мы это не проходим, а сама я нахваталась из интернета, что называется и оттуда и отсюда, немного здесь и немного там, по верхам.

Но я же фея, значит, должна всё это прочувствовать на интуитивном уровне. Возможно, в будущем, когда у меня будут большие крылья, я буду и петь, и плясать, и кружиться в воздухе… я представила, и мне захотелось этого даже сейчас… Попробовать что ли взлететь…

Но как я не пыталась почувствовать движение крылышек, я их совсем не ощущала. Что немного нервировало, когда я об этом думала. И я выкинула пока мысли об этом из головы. Если я фея жизни, мне надо просто почувствовать эту жизнь вокруг.

Я села и стала настраиваться на окружающее пространство. Вот ползёт деловитая букашка, торопится. Вероятно, по делам очень важным и ответственным. Может, стройматериал в дом принести, паклей щели от дождя и ветра закрыть. А, может, это мужик за вкусняшкой для беременной супруги отправился, как у нас, из шуток, пока ты ходил за персиком, я уже солёный огурец захотела. Отправила его жена туда, где травка вкуснее, вот он спешит, пока она не перехотела и не отправила за «клевером».  Я хихикнула и прикрыла рот ладошкой.

А, может, вообще, молодой авантюрист, отправился в большое путешествие. Чтобы к концу понять, что нет ничего лучше дома. «Иди, букашка, да хранит тебя твой насекомый бог, чтобы ты вернулся из своего путешествия домой живым и здоровым», – подула я на него пыльцой, которая собиралась и хранилась в моей палочке.

Вот заливается птица. Слышны в её пении бахвальские нотки. Наверное, самец перед самочкой пёрышки распустил, расхваливает себя: «Посмотри, какой я красавец, какие яркие у меня пёрышки, какие сильные крылья, какой красивый голос – всё это по наследству передастся нашим птенцам. Я буду для него лучшим папой, принесу самых вкусных и жирных червячков, построю для тебя с птенцами самое крепкое гнёздышко в самом надёжном укрытии. А потом буду учить их летать…»

«И бахвалиться, как папа перед мамой в своё время», – снова засмеялась я своим мыслям.

Пронеслась шкодливая мысль. Взяла пыльцу и дунула в ту сторону, откуда доносилась птичья трель. «Лети, лети пыльца, в сторону птенца, да исполнятся словца, что пообещал он слегонца», – пожелала, чтобы выполнил все обещания этот птиц, если самка клюнет на его речи.

Воздушной ленточкой, путь которой можно было проследить по радужному следу, пыльца унеслась вглубь леса. Птица на миг замолкла, обескураженная вмешательством феи, а потом снова запела, но уже не так радостно.

Я снова засмеялась.

— Чему ты смеёшься? Расскажи, мне интересно, – попросил атон.

Ну, мне жалко что ли. Скрывать тут особо нечего, и я рассказала.

Атон как-то грустно улыбнулся.

— Забавно, – согласно прокомментировал он, как обычно лаконично.

— Знаешь, что самое сложное во всём этом? Остаться в сторонке и не решать, кому жить, а кому умереть. Вот сейчас я слышу писк жертвы, которую схватил охотник. Мне жалко жертву, хочется вмешаться и сказать: не сейчас, не сегодня, не при мне… Но я знаю, что этот охотник голоден и измучен. Если он останется без питания, умрёт он и его голодные детишки, которые ждут его с добычей. Вправе ли я решать, кто из них более достоин жизни?