Книга Заказ на фею, страница 7 – Маруся Хмельная

— сколопендра. Единственное насекомое (хотя оно вроде относится к другому классу, но для меня оно было насекомым), которое вызывало во мне безотчётную брезгливость и неприятие. Ни пауков, ни мышей, ни ужей я не боялась. Если их, конечно, не армия. Там без разницы, хоть бабочки, хоть единороги — стадо любого вида вызывает страх. Но вот это — жуть же какая-то. Приятный мир мне нарисовался.

— А три солнца — это нормально у вас, да? — спросила я по дороге обратно, чтобы только не давать панике поднимать голову.

— Сейчас — нормально, да. Посреди ночи в твоём понимании загорается первое светило — Деррой, это по-вашему спутник, ну, как Луна, — с удовольствием пояснял Пашка. — Утром появляется Дегрен — это то, что у вас за Солнце. Днём, по-вашему, где-то в полдень и до четырёх, появляется Дезиррэ — второй спутник. Потом исчезает Дезиррэ, потом уходит Дегрен. И где-то к полуночи, по-вашему, уходит на покой Деррой.

— Почему ты добавляешь, по-вашему?

— Потому что у нас разнятся сутки и часы. В это время у нас самые долгие сутки — по 28 ваших часов. Наши часы короче ваших. Где-то 45 ваших минут. В общем, сейчас у нас 34 часа в сутках. А потом они постепенно уменьшаются до ваших 20, наших 24. И у нас нет понятия спутников. У нас есть разные светила, в зависимости от того, какой бог правит в это время миром. Сейчас время богини Дезиррэ. Она появляется на небосклоне с двумя братьями — Дерроем и Дегреном. Больше всего тебя удивит время Фаворра-воина — на небе ближе к ночи выстраивается семь спутников — отряд его воинов…

— Всё, Паша, хватит… — простонала я, схватившись за голову.

— Понимаю, всё сразу принять трудно. Поэтому давай постепенно — ты будешь спрашивать, а я отвечать на все интересующие тебя вопросы.

— Я хочу проснуться, — захныкала я, присаживаясь на приступочек первой попавшейся мне хижины.

Глава 4

— Лер, это не бред или что ты там ещё напридумывала. Ты просто в другом мире. Чем быстрее ты это примешь, тем лучше для тебя.

— Отстань… Боже, пожалуйста, я хочу проснуться… — заныла я, скатываясь в истерику.

Три солнца над моей головой, которое делали привычное мне голубое небо оранжеватым, как в Африке, закрыли тени подошедших.

— Ну? Что с ней? Что с девчонкой? — послышались вопросы.

— Ей трудно принять перемещение. Я говорил. У неё истерика.

— И сколько это продлится? — недовольно спросил главный.

И я узнала этот голос. Это он командовал загнать меня в портал. Я подняла голову и с ненавистью на него посмотрела.

Ишь ты, недоволен он ещё, что я не радуюсь, что сижу в этом бреду с тремя солнцами и растительностью, где нечто, напоминающее знакомые берёзы и ели соседствуют одновременно с джунглями и баобабами. И всё это устилает белый ковёр лепестков размером с лепестки пиона. Они сыпятся как раз с этих баобабов и укрывают землю сплошным покровом, как листья клёна по осени. Можно ходить, швырять их ногой, поднимая ворох вверх, что и делали периодически ходящие туда-сюда воины в странной одежде, но с привычными мечами из непривычного материала — что-то вроде зеркальной стали.

А-а-а-а-а… Снова накатила на меня истерика.

— Не знаю, надо дать ей время, — ответил на вопрос главного Пашка.

— Приводи её в чувство быстрее, Пол. Мы и так подзадержались. Надо выходить.