Книга Заказ на фею, страница 8 – Маруся Хмельная

— Я постараюсь, — недовольно ответил Пашка.

— Эй, подруга. Привет, я Никта, — плюхнулась на место справа от меня девушка.

Я подняла глаза и с любопытством на неё посмотрела. Красивая амазонка. Сильная, уверенная в себе, грубоватая и всё равно красивая.

— А правда, что у вас не знают про другие миры? — обратилась она ко мне, тоже с любопытством ко мне приглядываясь.

— Правда, — шмыгнула я носом.

— У-у, тогда всё будет сложнее, — она подняла взгляд на остальных. — Ты помнишь, что Пол рассказывал об их сумасшедшем железном мире? Сколько он к нему привыкал? А если бы попал туда, даже не зная, что такое возможно?

— Я бы точно рехнулся, — усмехнулся обрадованный поддержкой Пашка.

— И что ты предлагаешь? Ждать, когда она осознает? — холодно спросил главный. — А если это займёт… — мой переводчик споткнулся, а потом выдал подходящее по смыслу: — неделю? Или месяц?

— Предлагаю дать ей… — тут мой переводчик совсем сломался.

— А это выход, — согласился кто-то.

— Не уверен, — засомневался Пашка.

И я поняла, что дела мои плохи.

— Что это? — прошипела я в его сторону.

— Это… ну-у… лекарство. Да, лекарство. Которое дают при… ранениях воинам. Обезболивающее.

Прекрасно. Меня решили накачать транквилизаторами. Мало того, что я и так ими накачана, раз вижу этот бред, так ещё мне в этом бреду добавят добавки. И тогда я, может быть, улечу вообще на Нибиру. С учётом того, где я сейчас, может, это не так уж и плохо?

Моя бабушка, которая ругалась редко и метко, всегда говорила, что ругательства надо употреблять к месту и времени, тогда они не будут обесценены. Так вот, моя дорогая бабушка, теперь я могу сказать это точно и в полной мере — твоя внучка оказалась в полной жопе.

Жопе с лепестками пионов от баобабов, захихикала я, после того как я выпила всунутое мне «обезболивающее». И с лопухом вместо туалетной бумаги, да. Который мне протянули, когда я спросила про туалетную бумагу.

— Она бесполезна в походах, ты поймёшь почему, сама, когда пройдёт пара дней.

Но я поняла уже этой ночью. Когда все светила скрылись, ненадолго засияли близкие крупные звёзды. Их быстро скрыли набежавшие тучи. И вылилась месячная, по нашим меркам, норма осадков.

— Это что, всегда так? — ошалело спросила я, слушая, как заливает наш шалашик водой. Грохот стоял, как у водопада.

— Во время Дезиррэ — да, — ответила Никта.

Всё что могло промокнуть, промокало и отсыревало за это время дождей, поэтому было бесполезно в походах, где ненастье тебя могло застать в любом месте и любое время.

Меня поселили в хижину к женщинам-воинам, которых было целых четыре штуки, все малословные и угрюмые, как на подбор. Одна Никта отличалась более-менее приветливым нравом. Это смотря с кем сравнить, конечно. На фоне балаболки старосты Инки, Никта выглядела бы мраморной статуей. На фоне своих товарок Никта была само радушие. Но она относилась не к рядовым воинам, которые были все немногословные как на подбор, а входила в элитный отряд под командованием того, кого я уже окрестила «главным». Звали его Эрган.

В этот отряд входило семь воинов — сам Эрган, Пашка, который Пол, Никта и ещё четыре воина. Их имена я ещё не все запомнила. Эрган был большой шишкой — аж самим главнокомандующим всея армии королевства Эндергард, на землях которого мы находились. Мне переводчик перевёл его должность как высший паладин королевства. А на их языке звучало как атон.