Книга Сага о Вечных, страница 99 – Лизавета Мягчило

— Брат мой, даже в мыслях у него подобного не было. Ульв никак не подберется к тому, что хотел предложить… – Невозмутимо махнув кистью себе за спину, мол, что взять с этих молодых душ, Локи по-птичьи склонил голову набок, хитро прищурился. – Испытай его. Проверь, настолько ли ему дорога дева, что ради нее он выползет из собственной шкуры. Любовь мимолетна, столкнись она с весомой преградой, и лепестки ее цветов осыпятся, сгниют. А если он справится, так отчего не наградить славного воина? Ты же чтишь каждого, поднявшегося к нам с поля битвы. Давай, испытай…

Змей. Хитрый и юркий искуситель. Он предлагал это, словно забаву. Давил на честь и мягко подбрасывал камни сомнения к ногам, спрятанным под темным плащом.

— Ты хочешь, чтобы я тратил время на подобное?

— У нас его слишком много, ты же знаешь. Боги истосковались, скоро вновь начнутся разногласия, ни ровен час вспыхнет вражда. Ты только взгляни на Тора, да он скоро полезет отрывать мою голову голыми руками.

Все взгляды синхронно уперлись в бога грома. На лице того явственно читалось, что он не просто помышляет о подобном, ему это снится в самых сладких грезах. А бог коварства продолжал подбрасывать камешки.

Тук. Тук…

— Соберем всех божеств, устроим славный пир, достойное будет развлечение, разве нет? Сын самого Локи, разве тебе не хочется знать, насколько искусно наша кровь украшает человеческую?

Тук. Тук…

— А Идунн наконец обретет покой, ты ведь сам видел, как все эти годы она страдала, как грызла ее совесть. Разве не спускалась она к деве во снах? Разве не ловил ты ее на постыдных грезах о человеческом мире?

Тук. Тук…

Идунн согласно кивнула.

— По три дня на испытание, этого будет достаточно. Семь дней пира, меда, музыки и развлечений. Давай же встряхнем Асгард, покажем, насколько велика твоя милость.

Пытаясь прибить к месту побратима тяжелым взглядом, Один задумчиво кивнул, заставляя сердце Ульва затрепыхаться птицей.

— Три дня. На каждое из испытаний у него будет день.

Согласно склоняющий голову Локи сумел скрыть ликующую улыбку.

Когда Провидица остановила повозку у границы ничем не примечательного леса, беспокойно шумящего кронами елей и сосен, Торстейн не чувствовал ничего, кроме разочарования. Ни страха, ни волнения – железная решимость.

Когда она предупреждала, что лес вывернет его нутро наизнанку, попытается сломить волю, он ехидно усмехался, кривя одну половину рта. Глаз, задетый во время короткого сражения с обезумевшей Вигдис, так и не видел. Наблюдающая за тем, как конунг тайком ощупывал обезображенную часть лица, Провидица с бессердечным смехом заявила, что зрение не уцелеет. Торстейн может с ним распрощаться. И в тот момент в голове мелькнула шальная мысль, что он отыщет златокудрую деву, несмотря на то что в этом отпала нужда. Заставит остаться рядом, чтоб всю свою жизнь ломать и подчинять ее. Наблюдать, как из-под бледной кожи пытается прорваться та самая бесстрашная волчица. А затем накидывать на ее морду цепи, наслаждаясь победой. Да. Это определенно уменьшит его досаду, сделает чувство потери не таким унизительным.

Разве велики его потери, если они так приблизили его к заветной цели?

Что ему ведьмы и отродья Железного леса, что ему чудовища, падкие на человеческую плоть, ютящиеся в тени сомкнутых ветвей. Что ему…