Книга Его дерзкая девочка, страница 80 – Алекс Коваль, Анна Мишина

— Хорошо, — киваю.

— Отлично, — отрывает бумажное полотенце и подает мне. — Как сейчас себя чувствуешь?

— Уже лучше.

— Пройдем в мой кабинет, я тебя осмотрю, назначу, какие анализы сдать, и выпишу витамины.

Мы выходим за врачом. У кабинета он останавливается, открывает дверь, пропуская меня, а перед Тимом преграждает путь.

— Ты чего удумал? — усмехается Вадим, услышав возмущение Тимура.

— Я с ней, если ты забыл.

— Ты в больнице. Я врач, она пациент, если ты не забыл. Так что извини, дальше тебе хода нет. Сиди, жди, будущий папаша, — усмехнулся мужчина и, войдя в кабинет, закрыл за собой дверь.

Тимур

«Хода нет…»

Я фыркнул и устало опустился на диванчик в коридоре, потирая лицо ладонями и на мгновения прикрывая глаза.

С ума сойти. Как из-за какого-то отрывистого «тук-тук» может перевернуться вся твоя жизнь. Моментально. Одномоментно. Как лихо могут пошатнуться, разлетаясь в щепки, годовые привычки волка-одиночки из-за уверенного сердцебиения твоего ребенка…

Мой.

Нет, наш!

Я знаю, я уверен, что не все у нас с принцессой потеряно.

Пора уже признать себе, что я тираню Золотареву, не отпуская на свиданки не только потому, что она носит под сердцем моего ребенка. А еще и потому, что я… банально ревную. Это жгучее пламя нового для меня чувства уже смешалось с кровью и разъедает все внутренности, как кислота, стоит только представить рядом со Златкой кого-то другого. Того, кто обнимает ее, смотрит на нее, желает ее, целует… Нет, хватит отпинывать от себя очевидные вещи. Я запал. Сильно. Крепко. Давно и надолго. Если вообще не на всю оставшуюся жизнь.

Да и Злата, вопреки тому, что говорит и пытается мне доказать и показать, тоже не может быть равнодушной. И это не ненависть с ее стороны. Вернее, не только она. Ей бы только чуть терпения и веры в меня, и мы бы нашли общий язык. Мы могли бы даже стать идеальными родителями. А может быть, и идеальной парой?

В общем, мысли плавают, я сижу и с содроганием вспоминаю все произошедшее в этот день, чувствуя новый острый приступ необходимости оказаться со Златой рядом.

Уже хочу подскочить и бесцеремонно влететь в кабинет, и плевать, что сказал Вадим, как дверь открывается. Я вскидываю взгляд.

— Все, будем на связи, Злата, — слышу голос Варламова, но не вижу друга. Злата выходит первая. А он уже за ней, притворяя дверь в кабинет.

— Обязательно, — кивает она, прижимая к себе какие-то листки.

— Придерживайся оговоренного нами режима, проходи врачей, старайся сильно не перенапрягаться и не задерживаться на жаре. А самое важное… — выразительный взгляд друга на меня, на мою рассеченную бровь и слегка помятый вид, — меньше нервничай, а то с Тимуром вечно жизнь бьет ключом.

— Угу. Разводным, — кивает принцесса. — И, как правило, по голове.

— Точно-точно! Я смотрю, вы друг друга неплохо узнали?

— Ну, так, — фыркает принцесса, — у нас будет ребенок.

— Вообще-то я вас слышу! — не выдержал я, рыкнув в сторону парочки доктор-пациент, которые переглянулись, улыбаясь во все тридцать два.

— Так вот, Злата, максимальное спокойствие и исключительно положительные эмоции, и тогда все у вас с малышом будет отлично!

— Постараюсь.

— А ты, — тычет пальцем друг в мою сторону, — на руках носи, всем желаниям потакай и не будь говнюком, — ухмыляется Вадик, пронаблюдав, как взлетела моя бровь. — Не смотри так, я тебя знаю, Абашев. Ты умеешь. А теперь все, я ушел. А то вы меня с обхода выдернули. Хорошего вечера.