Книга Трогать запрещено, страница 164 – Алекс Коваль, Анна Мишина

Девчонка прячет глаза, но слушается. Оставляет свой стаканчик на столе и садится рядом.

— Юль? — вглядываюсь в ее личико. Как же я соскучился, сил нет. — Я же вижу, что что-то случилось.

— В общем, — вздыхает она и смотрит мне прямо в глаза. — Я, кажется, обидела твою маму, — выдает на одном дыхании, удивляя меня своей воинственностью во взгляде.

Юля

В столовой тихо. Гнетуще. Хотя чего еще ожидать от больницы? Посетителей здесь нет, и пять небольших столиков пустуют. Тишину в помещении нарушает только гудение холодильника и шум машин за окнами.

Мы с Ириной Григорьевной сидим и молчим. Я кручу пальцами стоящий на столе стаканчик со своим кофе, мама Дана сверлит меня оценивающим взглядом. Первой этот разговор начинать я не намерена.

Я вообще не хотела с ней идти. Честно. Не уверена, что готова изображать вежливость. Но Ирина Григорьевна оказалась настойчивой женщиной. Вот только не особо торопливой и говорливой.

— Знаете, — говорю я в конце концов, взглянув на часы, — если вы привели меня сюда, чтобы молча рассмотреть, то я могу упростить вам задачу и скинуть фото. Изображать немую натуру я не готова, меня ждут.

— Смелая и дерзкая, я погляжу, — передергивает плечами собеседница. — Что ж, надо отдать должное моему сыну, в выборе своих женщин он последователен.

— Я просто устала, — говорю честно. — Почти двое суток без сна, и все те события, что были «до»… Я просто хочу спокойствия рядом с любимым человеком. Все.

— С таким мужчиной, как мой сын, спокойствие исключено. Именно поэтому я и вызвала тебя на разговор, деточка. Ты не понимаешь, во что ввязалась!

— Ирина Григорьевна, хватит. Вы совершенно меня не знаете! Вы даже не дали мне шанса понравиться вам!

— Зато я знаю своего Богдана. Он взрослый мужчина, у которого уже нет времени распыляться на пустые эмоции. Ему пора строить семью! Заводить детей, в конце концов! Своих! А не брать на воспитание чужую, прости господи…

— Чужую? — морщусь. — Это вы меня сейчас назвали ребенком?

— Ну, а кто ты? Сколько тебе лет? Восемнадцать-то есть? Школу закончила?

— Девятнадцать. И да, дети — не животные, их не заводят! Они появляются по большой любви!

Мама Дана закатывается от смеха. Я искренне не понимаю, что в моих словах ее так развеселило?

— По большой любви, — отмахивается, все еще посмеиваясь, Ирина, — ох, смешная ты. Молодая и наивная.

— Я что-то сказала не так?

— Наверное, я даже могу понять, почему мой сын на тебя повелся. Что-то новое, свежее, яркое и необычное. Этакая пестрая экзотическая птичка в голубятне. Вот только отношения, построенные на чувствах и эмоциях, заведомо провальны.

— Чушь!

— В двадцать, может, дети и появляются по любви, Юлечка, но, когда тебе сорок, — это не случай или вспышка страсти, а серьезная работа двоих. Но куда тебе это понять? В твои-то годы.

— Ну хватит! — собираюсь вскочить из-за стола, но рука Ирины Григорьевны, мертвой хваткой вцепившись в мое запястье, оставляет меня сидеть на месте.

— Ты хоть представляешь себе, как живут взрослые люди? — щурит глаза мама Богдана. — Ты — девчонка из обеспеченной семьи, все заслуги которой — это деньги родителей. Палец о палец не ударила. Представляешь, какой это труд и ежедневная работа — строить семью? Особенно, когда мужчина рядом статусный и обеспеченный. Вечно на работе, вечно занят, вечно окапавшись в проблемах! Это по началу кажется весело. Понимаешь? А потом начнутся ссоры, скандалы, истерики и взаимные претензии.