Книга Рыбкина на мою голову, страница 114 – Алекс Коваль, Анна Мишина

— Ты мне сегодня наделала столько комплиментов, сколько я их за всю жизнь не слышала, – засмеялась я.

— Я просто очень за тебя рада.

— Однажды и на твоей выставке будем присутствовать.

— Очень хочется в это верить, – вздохнула Франциска, неопределенно махнув головой, отчего ее буйные кудряшки забавно заплясали. – Ладно, нам пора, Влад.

— Угу. Пора, – улыбнулась я своему отражению, подмигнув. А уже на выходе из кабинета администратора, которая, судя по всему, бегает, финальные штрихи наводит, я заприметила беззаботно спящую Касю в кресле.

Моя проказница!

Сегодня она как никогда взбунтовалась и категорически отказалась остаться дома. Впервые с ней такое. А так как времени “выяснять, кто в доме хозяин” не было, то пришлось брать ее с собой и слезно умолять Жюль разрешить мне оставить пушистую задиру у нее в кабинете на время выставки.

Не без боя, но мне это удалось.

Проходя вдоль по коридорам, я еще раз обвела все фотографии невидящим взглядом и с замиранием сердца приготовилась отсчитывать последние секунды до открытия выставки.

Я знала, что было продано уже достаточно много билетов, а так как касса будет работать сегодня весь вечер и всю ближайшую неделю, что здесь будут висеть мои работы, то унять барабанное “тук-тук-тук” до конца все же не получилось. Волнение меня побеждало по всем фронтам.

— Выдохни, – шепнула Жюль. Та самая администратор. Миловидная блондинка невысокого ростика.

— Выдохнула, – попыталась улыбнуться я, когда она направилась к двери с ключом в руке.

— Все будет высший класс, – заверила меня Жюль.

— Знаю, – кивнула, затаив дыхание с первым поворотом ключа в замочной скважине. – Знаю… – повторила уже тише, когда дверь открылась и я увидела первых посетителей выставки, с улыбками на губах и любопытством в глазах хлынувших в открытые двери.

Конечно, будет “высший класс”. По-другому и быть не может! Еще бы всего двух человек здесь увидеть, и было бы все просто фантастически! Но первый болеет, а второй… драконище вредный.

Ладно, Влада, прорвемся, Рыбкина! – напутствовала я себя и приготовилась с улыбкой встречать гостей вечера.

Паша

Стройку пришлось срочно сворачивать, и уже через час после онлайн покупки билетов я мчал на всех парах в аэропорт, набирая номер Рыбкина старшего. Признаваться в чувствах к его дочери, само собой разумеется, я пока не собирался. Не факт, что Влада вообще станет меня слушать. А вот узнать, во сколько выставка, хотелось бы. Однако не дозвонился.

— Света, – набрал я секретаря, пройдя через стойку регистрации, сжимая в одной руке дорожную сумку с билетом, в другой мобильник, держа путь в сторону комнаты ожидания для бизнес класса. Внутри все замирало в ожидании.

— Павел Валерьевич? Вы приедет? Вас хотят видеть…

— Не приеду, – сразу же, на корню убил надежды секретаря на спокойную жизнь. И добил, сказав:

— Ни сегодня, ни завтра, ни, возможно, послезавтра меня не будет в городе. Срочно улетаю по делам во Францию. Все встречи, совещания, контракты и прочая лабуда по возвращении в столицу. Ответил?

— Но…

— И да, – перебил я нетерпеливо, – я звоню, чтобы попросить тебя об услуге, Света. Важной. Вопрос жизни и смерти.

— Что случилось? – услышал испуганное на том конце провода.

— Узнай время и адрес выставки работ Владиславы Рыбкиной в Париже. Начинающий фотограф, студентка, рыжеволосая, зеленоглазая девчонка с собачкой… как-то так. К сожалению, в каком учится вузе, я не знаю, но думаю, тебе и так будет достаточно информации.