Книга Брак по расчету, страница 87 – Анна Мишина

— Кажется, все, – ставлю сумку на пол и оглядываюсь.

Снова сбегать. А мне здесь нравилось, и я уже успела привыкнуть к этой квартире.

— Вот и хорошо, – поднимается и, подойдя, берет сумку. – Одевайтесь, поедем, – выходит из кухни.

— Лия, – зову дочь.

Малышка заходит улыбаясь.

— Птенчик мой, поедем кататься с дядей? – спрашиваю ее и подхватываю на руки.

— Да, – кивает и улыбается.

И это удивляет. Дочь очень спокойно воспринимает, по сути, незнакомого ей мужчину. Но видимо малышка другого мнения о нем. Я прекрасно помню, как она его кормила за завтраком. Это воспоминание вызывает улыбку.

Целую в макушку, вдохнув любимый детский запах.

— Пойдем одеваться, а то нас ждут.

Спустившись на улицу, держу дочь на руках. Владимир предлагал ее нести, но я отказалась. Не знаю, почему. Очень не хотелось отпускать дочь.

Идя до машины Ярцева, оглядываюсь. Ланского не вижу, уже хорошо.

Владимир убирает нашу сумку в багажник, а нам открывает дверь, помогая забраться на заднее сиденье. Усаживаю дочь на руках.

— Надо будет купить детское сиденье.

— В рабочей машине есть, – напоминаю.

— Чтобы нам не прыгать с одним. Все же удобно иметь несколько, – отвечает и закрывает дверь.

Обойдя машину, садится за руль. Заводит двигатель и выезжает с парковки. Я же все еще вглядываюсь через тонированное стекло на улицу, боясь заметить Глеба. Но никого нет. Повернувшись, случайно сталкиваюсь взглядом с Владимиром в зеркале заднего вида. Тут же отвожу свой, чувствуя, как краснеют щеки.

Нужно немного успокоиться и взвесить все, что случилось. Внутренний голос уверяет, что теперь мы с Лией в безопасности рядом с Ярцевым, и мне очень хочется в это верить.

Владимир

В машине тишина. Девчонки молчат. Поглядываю в зеркало заднего вида. Юля смотрит в окно. Девочка, положив головку матери на грудь, сосет палец. Забавная. Из-под шапки выбиваются светлые пряди волос, как у ее матери. Даже странно представить, что у такой принцессы может быть такой отец как этот Ланской. Такие уроды вообще не должны размножаться.

Только от понимания, что у них там произошло, пальцы сжимаются в кулаки. Морду бы холеную начистить этому мажору. Да сдать куда надо. А там ему устроят невеселую жизнь.

К дому подъезжаем минут через сорок. Девочка уснула.

Паркую машину в подземке. Редко здесь ставлю машину, но так как на улице поднялся ветер, и ребенок спит… решение само собой пришло.

Глушу двигатель и выхожу из машины. Открываю пассажирскую.

— Она уснула, – тихо говорит Юля.

— Давай, чтобы не будить, – тянусь к девочке.

Юля не сопротивляется и позволяет взять ее ребенка на руки.

Беру осторожно девчушку. Она тихонечко вздохнула и, поджав губки, засопела. Сам не замечаю, как принюхиваюсь. Пахнет детством, конфетами и спокойствием. Давно я такого не ощущал.

Выходим из лифта и останавливаемся у двери.

— Ключи в кармане брюк, помоги, – прошу девушку и поворачиваюсь к ней той стороной, где лежат ключи.

Румянец тут же вспыхивает на ее щеках. Но, ничего не сказав, подходит ко мне и осторожно запускает свою ладонь в карман. Подцепив ключи, тут же вытаскивает их и быстро отступает на шаг.

— Открывай, у меня руки заняты, – усмехаюсь, кивнув на сладко сопящего ребенка.

Юля кивает и открывает дверь, достаточно быстро справившись с замком, пропускает меня. Вхожу и слышу, как за спиной закрывается замок. Сам же не разуваюсь, прохожу в гостиную.