Книга Дикарь из глубинки или курс выживания для мажорки, страница 113 – Алекс Коваль, Анна Мишина

— Давай… без? – предлагаю.

Вчера такую вольность мы позволили себе только первый раз. Мне нужно срочно посетить своего гинеколога и решить вопрос контрацепции. Ибо заниматься этимчерез латекс приятно, но не тот эффект, как наживую. А каждый раз рисковать, а потом воспитывать совместных детей… ну, пока рано об этом даже думать. Хотя от мысли о нашем с Мишей ребенке где-то в груди что-то сладко щекочет.

— Я прервусь, – шепчет Миша мне на ушко, – не переживай.

— Даже и не думала, – улыбаюсь, – я тебе полностью доверяю, Миш, – шепчу и сама тянусь к его губам. Максимально готовая к утреннему сексу и приятным ощущениям ни с чем несравнимого вторжения.

Миша плотнее прижимает меня к себе второй рукой обхватывая за бедро. Целует снова и снова. На этот раз медленно и неторопливо. Заставляет под ним ерзать от нетерпения. Уже настроившись, готовится доставить мне удовольствие неземных масштабов! Когда в сладкий морок и звуки нашего сбитого дыхания врезается… шелест шин по асфальту.

Я моментально напрягаюсь.

Что за нафиг?

Подбираясь каждой клеточкой, каменею в руках своего Дикаря.

— Принцесса, все хорошо? – разумеется, не ускользает от Миши перемена в моем настроении. Я молчу и прислушиваюсь. Не может же это быть…

Сердце начинает бить, как отбойный молоток, когда я понимаю, что машина затормозила около нашего дома. А еще… ворота. Открываются автоматические ворота на территорию! А это значит, что…

— Твою мать! – охаю я, отталкивая от себя Мишу.

— Мила?

— Черт-черт-черт! – суетливо подскакиваю с кровати. Запутавшись в покрывале, чуть кубарем не лечу на пол. С трудом удержавшись на ногах, хватаюсь за голову, совершенно забывая, что стою при свете дня перед Мишей в чем мать родила.

Вспоминаю. Щеки краснеют. А руки начинают трястись. Но совершенно по другому поводу. Миша смотри на меня крайне офигевшим взглядом, спрашивая:

— Милка, какого хрена происходит?

— Миша, тебе срочно надо уходить.

— Чего? В смысле?

— Родители. Они вернулись домой раньше, чем я думала.

— Никуда я не уйду.

— В смысле, не уйду?

— В прямом, – и бровью не ведет мой непрошибаемо упрямый мужчина.

— Но там мои родители! – взвизгиваю.

— И? Что дальше?

— То есть как “что дальше”?

— Ну, раз приехали, значит, пойдем знакомиться. Это судьба.

— Ты издеваешься?

— А похоже? – перекатывается на спину, вальяжно заложив руки под голову, Миша.

— Они не должны тебя увидеть, – отрезаю.

— Почему? Ты меня стесняешься? Я что, урод какой-то?

— Господи, да нет, конечно, не в этом дело!

— А в чем тогда?

— Да просто не должны и все тут, – упрямлюсь. – Миша, пожалуйста!

— Нет, принцесса, никуда я не уйду. Мы, кстати, еще не закончили…

— Ладно, не хочешь уходить, тогда спрячься.

— М, в шкаф? – задумчиво оглядывается на гардеробную Румянцев.

— Ну, – пожимаю плечами, – как вариант, да.

— Прекрасно, – хмыкает. – Милка, посмотрим на меня, мне лет-то сколько по-твоему? Я уже старый, чтоб прятаться по шкафам от родителей своей женщины. Да и тебе не восемнадцать.

— Да, Миша! – топаю ногой, взвыв от безысходности. – Ты не понимаешь!

— Вот именно, я не понимаю, в чем сложность просто нас друг другу представить. Мы все взрослые люди и все все понимаем.

— Да в том, – шиплю зло, – что моим родителям очень сложно угодить, ясно? Особенно отцу! Я же тебе рассказывала, что им нужен перспективный богатый зять. У папы на этом пунктик. Ну!