Книга Проклятье, с*ка! Книга 2, страница 88 – Антонио Морале

— Она красива. И умна. У неё хороший потенциал. Как и у прошлых женщин… Это уже какая, Гриш? Пятнадцатая за неделю?

— Тринадцатая, мой Господин.

— И ты считаешь, её дар будет нам полезен?

— Безусловно! — Григорий уверенно кивнул. — И девушка развивается. Сейчас она уже может провоцировать людей говорить правду, а не только отличать истину от фальши.

— Как сыворотка правды?

— Да. Но действует сразу, незаметно и не применяя никаких дополнительных средств.

— Тоже ничего нового. Гриша, ты понимаешь, что этого всего можно достичь обычными способами, использую технику или препараты? Ничего нового. — повторил Император.

— Всего можно достичь обычными способами. Все способности одарённых можно заменить. Но если бы вам предложили способность летать без механизмов, вы бы сказали — зачем, если есть аэромобили? Или возможность читать чужие мысли походя. Вы бы сказали — зачем? Человека ведь можно усадить за пыточный стол или напичкать препаратами и выведать все мысли. Или всё же проще делать это так же естественно, как дышать?

— Ты опять за своё, Гриша!

— За что — своё? — советник нахмурился.

— Ты опять не понимаешь, что разговариваешь со своим императором, а не с маленьким мальчиком, которому ты объяснял когда-то основы политики.

— Простите, мой Господин. — советник покорно склонил голову.

— Я всё это понимаю, Григорий. Просто… Просто хватаюсь за соломинку, не желая отпускать привычный уклад и впускать людей, которых мы недавно насильно подвергали кастрации, к управлению Империей. Думаешь, они уже забыли это? Или простили нам всё?

— Мы составляем тщательный психологический портрет каждого…

— И это я знаю. А ещё… Она мне просто не понравилась. Эта Климова слишком дерзкая и гордая. Я люблю покорных, не люблю когда со мной спорят или перечат мне. Мне тебя одного достаточно.

— В споре рождается истина. — пожал плечами советник.

— Да? Тогда давай вернём демократию, зачем нам тиран-император? — съязвил Владимир.

— Простите меня, мой Господин, но я скажу прямо. Вы ведёте себя, как капризный ребёнок! Империи нужна свежая кровь, Империя должна измениться, чтобы выжить… — Григорий напрягся, приготовившись к вспышке гнева Императора или к наказанию, но его господин молчал, и советник решил продолжить: — Она молода. Она ещё перевоспитается. Или мы перевоспитаем. У неё тоже не будет выбора.

— Она замужем, насколько мне известно.

— Это не проблема. Но вы представьте, какое нас ждёт будущее. Император, отличающий правду от лжи, или заставляющий людей говорить только правду. Это идеальный политик и правитель. — гордо высказался Добрынин. — Его не смогут передать, он будет чувствовать фальшь и ложь за километр. Его не смогут обмануть пустыми обещаниями на очередном подписании бессмысленного договора. Никакая техника или препараты не сравнятся с таким Даром…

Я стоял в тени дома и внимательно наблюдал за ней. Она притихла на целую неделю, и всю неделю старательно делала вид, что она самая обычная девушка. Никого не убивала и даже не интересовалась Одарёнными. Может уже «наелась»? А может как раз эта её прогулка по ночному городу была не прогулкой, а поиском очередной жертвы.

Вальнуть бы её издалека, и дело с концом… В ближний бой соваться к ней совершенно не хотелось, а вот с дистанции… Ещё и эту дурацкую маскировку на себя напялила — вошла в кафе в джинсах и с распущенными волосами, а вышла с другой стороны, оголив длинные стройные ножки в короткой юбке, с тугой чёрной заплетённой косой до пояса. Может кого-то другого это перевоплощение и обмануло бы, но я смотрел на Силу, бурлящую в её крови, а не на симпатичную стройную фигурку. Сила у всех разная — разный оттенок, разная насыщенность, цвет и сияние. Её Сила бурлила в ней разноцветными потоками. Сильная, сука!