Книга Остров Свободы 12.04.1961, страница 14 – Антонио Морале

Я поклялся сам себе, что этого никогда больше не будет на моей Родине! Никогда!

Когда-то давно в 80-х я разговаривал с одной ушлой американской репортёршей, желавшей уличить меня в жажде к власти, репрессиям, лжи, и пытавшейся поймать меня на каждом слове. Тогда репортаж пошёл не по её сценарию, и я просто предложил ей ради эксперимента пожить месяц на Кубе в условиях правления Батисты, а потом в условиях моего правления. Условия Батисты я бы с удовольствием ей воссоздал, это не сложно.

— Но ведь и Ваши условия не сахар… — Сморщила она свой маленький холёный носик на моё предложение.

— Не сахар. — Не стал спорить я. — Только эти условия создало твоё правительство в том числе. Санкции, запертая экономика, эмбарго. Людям просто перекрыли кислород, надеясь, что они одумаются, сдадутся, прогнутся и предпочтут свободе зависимость от Батисты и его хозяев. Так что, готова на эксперимент? А через два месяца поговорим. Репортёр же должен знать, о чём пишет, чтобы быть непредвзятым… Рауль! — Я махнул рукой брату, делая вид, что готов дать ему распоряжение заняться этой дурой.

— Вы не посмеете! Я американская подданная! — Испуганно выкрикнула молоденькая и наивная репортёрша, ещё совсем девочка.

— Не посмею… Смешно. — Я задумчиво потрепал свою бороду. — Пару минут назад ты утверждала, то я безумный диктатор… А, как мы знаем, безумцам законы не писаны…

— Я не утверждала. — Пошла она на попятную, сбавила свой гонор, а я продолжил своё интервью, которое так никогда и не было показано на американском телевидении.

— До нашей революции Куба представляла собой бордель для американцев и место для отмывания денег. Всё! А теперь у нас свои врачи, учёные, писатели, художники. За эти годы, за годы моего «тиранизма», как ты утверждаешь, мы шагнули далеко вперед. Бесплатная медицина и образование, пенсии, льготы — у вас такого нет. А если бы нам не мешало твоё правительство — мы бы достигли ещё большего! Я надеюсь, люди меня понимают, понимают то, что я делаю для них… Что пытаюсь сделать.

— Не все! — Всё-таки не сдержалась она и снова кольнула меня. — У вас же есть оппозиция и те, кто недоволен Вашим правлением, сеньор Кастро.

— Ты о гусанос? — Хмыкнул я. — Да, есть такие. Паразиты, которые хотят жить за счёт других. Они не хотят работать, учиться, что-то делать, но хотят быть при власти и просто жить богато и в достатке. Они ждут подачку от Вашингтона, и ждут, когда вы снова дадите им тёплое местечко или просто отсчитаете пачку зелёных бумажек. Они мечтают вернуть то «золотое» для них время, при этом прикрываются какими-то лозунгами о свободе, равенстве… Черви! На Кубе их презирают. Всегда презирали и будут презирать.

Девушка едва заметно поморщилась, наверняка думая, что я снова буду толкать одну из своих длинных речей. Толкать перед ней? Хм… В этом нет никакого смысла.

— Так что? Принимаешь моё предложение? — Закончил я. — Хочешь пожить на Кубе 50-х? Я организую.

Как ни странно, она не захотела вернуться в то благословенное, по её словам, для каждого кубинца время…

А вот и гостевая. За этими мыслями я и не заметил, как неспешно добрёл до одной из гостевых комнат дворца Батисты. Остановился, отогнав от себя грустные воспоминания и мысли, перевёл дух и выдохнул. Всё это в прошлом, в далёком прошлом. Мы победили, пора наводить порядок в стране. 1961-й год — самый хороший год для этого.