Книга Новые детективные истории эпохи Мэйдзи, страница 119 – Анго Сакагути

Именно такие истории со временем привлекали к вере в Ооками Инари золотоискателей и горных отшельников. Их последователи были скорее выходцами издалека, а местные жители держались от храма в стороне. Ведь история о его божественном предке, которую рассказывают Инари, не упоминается ни в деревенских хрониках, ни в преданиях, и к тому же во многом расходится с записями других храмов.

Однако, хотя в древних деревенских свитках об этом не упоминается, все же нельзя не признать, что родословная богов, почитаемых здесь и в Титибу, похоже, действительно имеет свои особенности. Даже если судить по сохранившимся до наших дней названиям мест, можно предположить, что здесь пустил корни довольно важный божественный клан. Поэтому, хотя большинство поверий, которыми кичится Ооками Инари, скорее всего выдуманы, некоторые считали, что за ними может скрываться хоть какая-то крупица истины. Они утверждают, что их прародитель Ооямато-Оонэ-Ооками – между тем среди почитаемых в этих краях храмов есть один под названием Нагахатабэ, построенный, по древней легенде, для поклонения королю Камуоонэ-но мико, сыну принца Хикоимасу-мико. В древних хрониках сказано, что у девятого императора Кайка был сын Хикоимасу-мико, а Камуоонэ-но мико – его отпрыск и прародитель родов Мину-но-куни-но-мияцуко и Нагахатабэ-но-мурадзи. Таким образом, древнее предание о том, что местный храм Нагахатабэ посвящен Камуоонэ-но мико, соответствует письменным источникам, однако доказательств того, что Великий Ооямато-Оонэ-Ооками и Ооками Инари это одно и то же божество, нигде нет.

Деревенские жители вовсе не доверяли священникам Ооками Инари и дел с ними иметь не желали, так что старинные записи никого не интересовали. Для самих же Ооками Инари утрата свитков стала великой бедой, и неудивительно, что жрец пришел в ярость.

Синдзюро и его спутники встретились с местным старожилом, который хорошо помнил, как все тогда произошло, и выслушали его историю. Старик рассказывал вот что:

— В этих местах было два зажиточных дома – Кадзи Кагэмура и Хирукава Маюми. Но оба они пали под проклятием божественных стрел. Правда же, кара небес – страшное дело.

— Значит, от божественной стрелы пострадали не только люди из рода Хирукава?

— Убитых было всего двое, и они из семьи Хирукава, но деревенские считают, что и разорение богача Кадзи тоже произошло из-за проклятия божественной стрелы, – продолжал старик. – Случилось это вроде как вскоре после Реставрации. Тогда кто-то вскрыл амбар семьи Кадзи и унес двадцать два сундука с золотом. А прямо в главные ворота особняка вонзили алую стрелу Ооками Инари. После этого все пошло наперекосяк: хозяев обманул подлый управляющий, родня подала в суд и одержала победу, а из-за этого глава семьи впал в отчаяние и стал допускать ошибки во всех делах. И всего за шесть-семь лет огромное состояние рассыпалось на глазах. Даже сам особняк перешел в чужие руки, а имущество увезли в дальние края. Теперь на месте имений богачей Кадзи и Хирукава осталось лишь несколько заброшенных амбаров, стоят под дождем и ветром среди бурьяна – вот и вся память о них. Кадзи Кагэмура был ровесником Хирукавы Маюми, но, похоже, настолько испугался проклятия, что стал последователем Ооками Инари. Говорят, он устроил себе хижину в горах рядом с храмом и живет там, перебиваясь корнями да травами.