Книга Новые детективные истории эпохи Мэйдзи, страница 147 – Анго Сакагути

— Он вправду казался молчаливым обитателем глубинки.

— Когда ты в последний раз заходила в эту комнату?

— Утром, еще до семи, когда меня позвали встретить господина Искэ. С тех пор я сюда не ступала. Вхожу лишь тогда, когда меня зовут мелодией музыкальной шкатулки. В одиннадцать часов она прозвучала, но без ключа я войти не смогла. После этого, пока я оставалась в комнате, шкатулка больше не играла. Решив, что хозяин крепко спит, я не тревожилась. Здесь я пробыла до половины двенадцатого, а потом спустилась на обед и дальше большую часть времени проводила в комнате прислуги.

— Ничего подозрительного ты больше не заметила?

— Я рассказала все, что знаю. Думаю, тот, кто украл ключ, прокрался через северную дверь и убил хозяина. Хоть я дежурила в соседней комнате, убийца мог войти через северную дверь.

— Думаешь, кровопролитие произошло, пока ты находилась здесь?

— Нет, вероятно, убили не тогда. Я лишь хотела сказать, что преступление можно было совершить даже под моим надзором. Скажем, тот же господин Искэ мог вернуться через садовую калитку и убить хозяина. Но все же преступник не он.

— И почему ты так уверена?

— Просто он на такое не способен.

После этого по очереди допросили всех членов семьи.

Особое внимание следует уделить прежде всего Кикути Нарико. Неважно, можно подозревать ее или нет, но ведь кроме Дайго и Нами именно она проводила больше всего времени с Дзэнсаку. Девушка спокойно ответила:

— До вчерашнего дня у меня не возникало никаких подозрений. Но в тот день многое шло иначе, чем обычно. Визит господина Искэ, перемены в привычном распорядке… Хозяин, ожидая господина Искэ, выглядел чрезвычайно оживленным. Я, впрочем, восприняла это не как дурной знак, а как предвестие чего-то хорошего, поэтому, когда госпожа Нами, побледнев, пришла будить меня известием о пропаже ключа, я не сочла нужным ожидать несчастья. Во всяком случае, счастье уже в том, что убийство не произошло ночью. Я, знаете, не так уж сильна духом, как это может показаться со стороны.

Последней пригласили Отомэ. На вопрос, откуда ей стало известно, что в тот день кто-то умрет, ответ оказался прост:

— Это было божественное откровение. Если бы он внял моим словам, если бы позвал меня и позволил вознести молитву, ничего бы не произошло. Ведь высшие силы рядом. Они милостиво подают знаки, но брат не прислушался, не поверил моим словам, и вот чем все кончилось. Это ему воздалось по делам его.

— Говорят, вы молились и перед дверью, и в саду, но, видно, молитвы не были услышаны?

— Конечно! Разве они могли быть услышаны, если сам человек не пожелал обратиться к божествам? Сколько бы я ни молилась за другого человека, все зависит лишь от него самого.

— Говорят, вы были одной из первых, кто обнаружил случившееся. В тот момент вы не почувствовали ничего особенного?

— Еще как! Много всего. Прежде всего, я подумала: «Ах, несчастный. Но ведь сам виноват, я же предупреждала». Так ведь? Человек всегда должен быть внимательным к домашним. Беды не приходят со стороны. И тут меня словно пронзило – донесся запах. Чувствовалось в нем что-то гнилостное, но вместе с тем нечто сладко-кисловатое, похожее на аромат воска бинцкэ^[121]. И я сразу поняла – это божественный знак, тут замешана женщина. Значит, последним, кто заходил в эту комнату до нас, была женщина, и преступником никак не может оказаться мужчина.