Книга Новые детективные истории эпохи Мэйдзи, страница 176 – Анго Сакагути

— Сколько с меня за консультацию?

Какудзо мгновенно ответил, и глазом не моргнув, причем назвал невообразимую цену:

— Тут мне придется потрудиться. Но так уж и быть, я сделаю скидку и возьму всего три иены.

Рыдая в глубине души, Кусуноки отдал ему три иены – почти всю имеющуюся у него при себе наличность.

— Я работал на демона Сайкаву: в основном собирал долги и за это время научился хорошо считывать характеры людей. Тогда вокруг было полно тех, кто только и мечтал обвести демона вокруг пальца и ударить исподтишка. Жуткие типы, хитрющие типы… Одни враги вокруг – ни на мгновение не расслабиться. В такие моменты отчаянно стараешься понять оппонента лучше, предсказать его дальнейшие шаги… Поневоле научишься читать людей как открытую книгу. Благодаря этому я и сумел стать гадателем. Но моя проницательность – умение, отточенное на суровом опыте, так что я отличаюсь от бесполезных болтунов, гадающих на палочках и гексаграммах. Если я попаду в цель и мой совет пригодится – приходи снова. Те, кто идут по жизни, полагаясь на мои указания, непременно выбиваются в люди. И что три иены, что пять – ничтожная плата за такого рода услуги.

Холодный, жестокий взгляд Какудзо пригвоздил Кусуноки к месту. На лице его не было и тени улыбки.

— Каким бы злодеем ни был Хирасаку, за родными он приглядывает. И брата, и сестру пристроил – оба под его крылом встали на ноги и состоялись в жизни. С другой стороны, если хоть раз предашь его доверие, то, будь ты хоть матерью родной, хоть первенцем, он выбросит тебя из своей жизни и запишет во враги, забыв о кровном родстве. Потому Хирасаку и изгнал Като. И чем больше любил его прежде, тем пуще возненавидел в итоге. Это и делает демона таким сильным. С помощью Суги Като устроился послушником при храме, но после покинул его и пропал из виду. Знала о его местонахождении лишь Суги. Не знаю уж, как они ухитрялись общаться, но до самой смерти она каждый месяц отправляла ему деньги. Хирасаку, конечно, был в курсе, но притворялся, что ничего не замечает – даже демон понимал, как повезло ему с женой. Дважды Суги закрывала его своим телом от врагов, которые пришли за его жизнью. А сам он ни разу не пострадал. Такой жене всякий позавидует – неудивительно, что Хирасаку при всем своем крутом нраве на нее был молиться готов. После ее смерти демон сильно сдал и сердце его размякло. Прежние методы наживы – спекуляции, вымогательство – стали ему не по нраву. После смерти Суги я еще полгода жил в доме Хирасаку, но после того, как он встал на путь исправления, работы не осталось, вот и пришлось мне покинуть его и стать гадателем. Ну да вернемся к Като…

Какудзо выдержал паузу, испытывающе глядя на Кусуноки, как часто делают предсказатели. В глазах его читалась твердая уверенность в том, что он способен видеть недоступное взору других. Он продолжил рассуждения:

— Только Суги знала, где Като и чем он занят. А после ее смерти? Перед смертью Суги умоляла мужа вернуть сына домой и утверждала, что тот исправился. Держа мужа за руку, она со слезами рассказывала, как Като от всего сердца раскаялся и, взяв другое имя, усердно учится, несмотря на бедственное положение, как достойнейший человек. Однако за время, пока я еще жил в его доме, Хирасаку ничем не показал, что эти мольбы тронули его. Пусть он встал на путь исправления, демон есть демон. Может, раньше он и любил сына, но стоило разорвать связь с ним, как сердце его сковал лед. За шесть лет разлуки между Хирасаку и Като пролегла пропасть, которую не может заполнить лишь факт кровной связи, они стали друг для друга чужими, словно и не жили никогда в одном доме. Хирасаку всегда такой был, с рождения – к своим добр, но к чужим безразличен. В мире общепринята наивная точка зрения, что человек человеку друг, люди должны помогать друг другу и добро возвращается добром, но Хирасаку считает иначе. В его мире человек человеку волк, вокруг одни враги, и он крепко держится за это убеждение. Нет в мире человека, кто относился бы к другим с большим страхом и недоверием, чем он. Поэтому когда между ним и Като пролегла пропасть в шесть лет разлуки, сын стал для него чужаком, которого стоит остерегаться. И даже предсмертная просьба жены не могла заставить Като пустить в свой дом чужака. Но как зять Хирасаку и муж его старшей дочери могу сказать – в ближайшем времени сердце его ослабеет настолько, что и этот барьер падет.