Книга Тройная метка. Истинная диких Альф, страница 30 – Екатерина Антонова

— РРР, — срывается с губ, и я испуганно вздрагиваю. Что со мной? Я схожу с ума? Но этот заяц…

В теле рождается такая легкость, словно мне под силу сейчас допрыгнуть до добычи. Впиться зубами в его шею. Разорвать нежную плоть.

Я хочу этого! Пробежать по лесу, ощутить огонь в мышцах. Почувствовать себя частью стаи.

Хочу! Хочу! Хочу!

Глаза начинают гореть. Инстинкт не позволяет страху взять верх надо мной. Опираясь ладонями на подоконник, опускаю взгляд и вижу острые длинные когти.

Когда я успела их выпустить?

Ну здравствуй, дикая…

В голове вспыхивает знакомый хриплый голос. Он прокатывается по телу, порождая во мне желание немедленно идти к нему. Почему я слышу?!

Смотрю в окно и вижу одного из альф. Того самого, что напал на меня в лесу. Но сейчас он совершенно нормален. Только глаза пылают алым.

Он поднимает руку, в которой сжимает мертвое тельце зайца. Моя волчица тут же теряет к дичи весь интерес. Теперь она настроена на волка.

Это слишком мелко для такой, как ты…

Шажком вперед я приближаюсь к окну вплотную. Кладу ладони на новое, чистое стекло.

Хочешь поохотиться в приятной компании?

Он… приглашает меня на охоту? Я никогда в жизни не…

Но губы уже шепчут ответ:

— Хочу…

Влас

— Исключено, — говорит Демьян, когда я сообщаю ему, что планирую поближе познакомиться с малышкой Евой. — Ты к ней не подойдешь.

Как только с меня сняли чертовы цепи, я помылся, переоделся и собрался навестить нашу самочку. Но выяснилось, что эти два осла наобещали что-то Макару и его жене.

— С какого хера? — рычу.

— С такого, что мы дали старейшине слово, — равнодушно бросает Савва, в этот момент разделывающий тушу кабана. По дому разносится приятный запах крови, но я не могу отделаться от мыслей о Еве.

— Это вы дали, — складываю руки на груди, — а не я. В этот момент меня сжигал гон.

— Так будет лучше для нее, — произносит Демьян, — она слишком слаба.

— То есть ты предлагаешь ждать неизвестно сколько, пока ее волчица соизволит вырваться? Напомнить тебе, чья она дочь? — я теряю терпение. — КРАСНОВА! Эта мразь наверняка сделала из нее покорную рабыню, а не дочь…

— С чего ты взял? — спрашивает Савва, замирая. Его руки все в крови. Наш педант, очевидно, заинтересовался моим выводом.

Я подхожу вплотную к Демьяну. Он наш негласный лидер, так уж вышло. Но несмотря на это, мы с Саввой ему не подчиняемся. Потому что все трое — наследники диких вожаков.

А значит, мой голос ничем не слабее голоса Демы.

— С того взял, — мы с Демьяном тараним друг друга взглядами, — что в ней одни сплошные барьеры. И их не обходить нужно, а ломать. Иначе они не выпустят ее дикую кровь.

— Не смей! — рычит друг. — Ей нужно время. Ева еще не привыкла к нам. Если ты её заставишь…

— А кто сказал, что я буду ее принуждать? — ухмыляюсь, ведь уже придумал, как уговорить малышку сделать первый шаг. — Не буду. Но и сидеть сложа руки тоже. Ходить вокруг и облизываться?!

Фыркаю, делая шаг назад, к двери.

— Нет, Демьян. Это не мой путь. И не ваш… мы не ждем решения проблем, мы сами их решаем.

Мои друзья переглядываются. Я делаю еще шаг назад и оказываюсь в дверях. Опираюсь на косяк, представляя, как сейчас увижу свою самочку.

— Подумайте об этом, — ухмыляюсь, — и о том, чтобы вы, зануды, без меня делали.