Книга Тройная метка. Истинная диких Альф, страница 59 – Екатерина Антонова

— Они были истинной парой? — шепчу, чувствуя, как к горлу подкатывают слезы.

— Нет, Ева, — отвечает дед. — Метки у них не было. Но их любовь… Она была настоящей.

Он делает паузу. Словно собирается с духом. А я понимаю, что сейчас будет самая тяжелая часть рассказа. И самая важная…

— Но когда пришло время ехать в город и подавать документы на развод, Руслан вдруг бесследно исчез. Оставил записку, что безумно сожалеет, но не может позволить себе втянуть ее в дикую жизнь и лишить семьи. Анна нашла ее вечером, когда он не вернулся с охоты. Она всю ночь бегала по лесу. Звала его, выла от боли… Но Руслан оставил ее. А наутро за ней приехал Краснов. Они о чем-то очень долго говорили за закрытыми дверями, после чего Аня молча собрала вещи и уехала с ним.

Боги… Мама…

— А я собрал наших волков и начал прочесывать лес, пытаясь найти Руслана, — продолжает дедушка. — Потому что не верил, что он бросил ее. Дикие волки — самые верные существа на свете.

— И… — уже почти шепчу, впиваясь пальцами в подол сарафана.

— Мы нашли его спустя два дня на самой окраине леса. Бездыханное тело на дне оврага. Он был отравлен… Мы похоронили его на нашем кладбище, со всеми почестями. А через месяц Анна позвонила мне и сказала, что беременна. Тая сразу поняла, чей это малыш. По срокам все сходилось.

Бабушка закрывает лицо руками, тихо всхлипывает.

— С тех пор Анечка изменилась. Перестала улыбаться, привозить к нам Владу. Стала холодной, отрешенной, будто мертвой внутри. Влада росла копией отца. Ей все позволяли. С самого детства она издевалась над тобой, маленькой, а мать даже смотреть на тебя не могла — ты слишком сильно напоминала ей погибшего Руслана.

— Но он же погиб… Неужели мама не пыталась найти убийцу?! — выпаливаю.

— Она даже слушать о нем не хотела… Мы с Макаром неоднократно умоляли отдать тебя нам на воспитание! Но Краснов запретил. Он все эти годы срывался на тебе, издевался, глумился, мстил покойному дикому волку через тебя, беззащитную кроху…

По щекам обильным потоком текут горькие слезы. Грудь разрывает от страшной, невыносимой боли. За себя, папу… И за маму.

Но вместе с этой болью ко мне приходит осознание. Самое важное в моей короткой жизни.

Я — дикая. По-настоящему дикая. Не бракованная или испорченная, как внушал мне Краснов.

Я такая же, как мои альфы!

Метка на животе вспыхивает приятным огнем. Словно радуется, что я наконец-то принимаю ее полностью.

— А можно… увидеть его могилу? — стирая слезы с щек, тихо прошу. — Могилу папы?

— Я обязательно свожу тебя туда, внучка, обещаю, — твердо говорит дедушка.

— Спасибо вам. За обед и… за правду, — поднимаюсь из-за стола, собираясь уходить.

Бабушка вскакивает следом, с надеждой заглядывает мне в глаза.

— Ева… Родная… Может, ты вернешься к нам? Хотя бы пока все не улеглось? Здесь тебе будет спокойно.

Смотрю на бабушку и дедушку. Я благодарна им. Но мой мир больше не будет прежним. Я хочу найти себя… Понять, кто я такая. Узнать границы своей силы.

Какая-то темная часть меня поднимает голову. Но я больше ее не боюсь. Это я… И я отомщу за своего отца.

— Нет, бабуль. Теперь я ясно вижу свой путь. Понимаю, почему всю жизнь чувствовала себя лишней. Впервые я осознаю свое место… И оно рядом с ними…