Онлайн книга «Девяносто девять бед и майор для круглого счета»
|
— Уже неважно. Звоните, — напарница сделала приглашающий жест к двери с номером «41». Я позвонил. — А кто здесь живёт? — уточнил я запоздало. — Поэтесса, — тоном «кто же ещё?» ответила Ксения. — Ну это не страшно. — Как сказать. Как сказать… В этот момент дверь распахнулась. Причём, уже после звонка, а не до, что, несомненно, говорило в пользу поэтессы! Не знаю, зачем жильцу из тридцать шестой потребовалось ехать в Египет. Здесь обитала прекрасная мумия. В смысле, образцовая. Высокая, тощая, с торчащими из сарафана острыми, как катана ниндзи, плечами, бледными, с зеленцой, волосами и выдающимся носом, задранным вверх. — Вы за автографом, дорогие мои? Приходите на творческий вечер! — сходу приголубила нас поэтесса и попыталась закрыть дверь. — Нет, я из полиции, — показал я удостоверение, раз девушке не хватило моей формы с погонами. — Хочу задать пару вопросов. — И всё равно, приходите на мой творческий вечер! — оживилась блондинка. — Завтра, в семь вечера, в нашем коворкинге на первом этаже! Думаю, мы сможем организовать для вас свободное место. Мы за сотрудничество с властями! — Она мелко кивала головой, будто клевала носом. — Если буду свободен, — ответил я, чтобы не расстраивать блондинку. Так-то я по стихам не очень, прямо скажем. — Скажите, пожалуйста… Девица остановила меня жестом. — Минутку. Вдохновение… — Она приложила два пальца ко лбу и прикрыла глаза: — Сегодня меня посетил полицейский, И я испугалась внезапно недетски. Сурово взглянул на меня он, а я Присела, не в силах понять… — тут её подвывающий голос стих, и глаза беспомощно распахнулись. — Не в силах понять… Она смотрела на меня, будто в поисках рифмы. Но, боюсь, самый очевидный вариант ей бы не понравился. — Вам нечего бояться, если вы не делали ничего противо… — … Ничего! — воскликнула блондинка торжествующе. — Бессильно взглянула я на него, Не в силах понять ничего, ничего… Она развела руки в стороны, будто ждала бурных, продолжительных аплодисментов. — Чтобы вы что-то поняли, предлагаю дослушать вопрос до конца. Как вас зовут? — Мирослава Лесная. Поэтесса. — Тут зеленоватая блондинка повернула лицо в полупрофиль, видимо, считая, что в таком ракурсе она выглядит лучше. — Правда, прямо как Ахматова? Я неопределённо пожал плечами: — Когда вы в последний раз… Девица вновь заткнула меня поднятой ладонью и приложила пальцы к переносице, будто у неё внезапно заболела голова. Может, и заболела. Кто их, этих творческих натур поймёт? — Меня заподозрил он в страшных грехах. А ведь не «ох», а я ведь ни «ах»! Он будет сейчас приговор объявлять, — трагически продолжила она. — А мне и сказать-то нечего… И тут она снова зависла. А мне очень захотелось закончить в рифму. — Я не выдвигаю никаких обвинений! — В ответ! — засияла она. — Он спросит: скажите, сколько вам лет? Загадочно я промолчу лишь в ответ. Она вновь выжидающе взглянула на нас с Ксенией. Ксюша держала лицо. Но удавалось ей это с трудом. — Когда вы в последний раз видели… — Я снова начал вопрос. — Вы — моя Муза! — в глазах блондинки забрезжило нечто, напоминающее влюблённость. — Товарищ майор, вы не пачкайте карму, Не стойте у входа, подобно жандарму. Скажите, прошу, что нас ждёт, наконец, Неужто пришёл мне, подруги… Да. Именно он. Только не ей, а мне. |