Книга Проклятье Альбаторре, страница 27 – Светлана Нарватова

— Ты забыл «похотливые», — напомнила наемница. — И несколько часов назад доказал справедливость их мнения.

— Я пошутил.

— Это ты сейчас так говоришь, — поддела собеседника Темная и продолжила уже серьезно: — Сельмо, представь, что тебя превратят в безмозглый овощ и посадят на цепь в клетку. Тебя будет волновать, во имя чего это сделали?

— Меня — нет. Я же буду безмозглым овощем, — улыбнулся Паладин. — И не нужно преувеличивать. О драконах заботятся, кормят, ухаживают…

— Представляют возможность служить Пресветлому, — прервала его девушка.

— А если и так! — завелся Ансельмо. — Пусть в их существовании появится хоть какой-то смысл! Ты сидишь в своем уютном мирке, воруешь драгоценности и документы, и тебе нет дела до всего остального. Тебя волнует свобода воли нескольких драконов? Да когда приходится выбирать между свободой дракона и спасением жителей деревни в Приграничьи, я не дрогнувшей рукой выберу человеческие жизни!

— Можно подумать, без драконов там все погибнут, — гнула свою линию Джетта.

— Не все. Но многие. Бывают случаи, когда не только армия, даже маги бессильны. Например, телепортироваться можно только туда, где маг хотя бы раз в своей жизни был. В точку, которую он помнит. А теперь сравни число телепортистов в Империи и деревенек на границе. Пока воины доберутся по горам до соседнего селения, его шесть раз вырезать успеют. А на драконе час от силы. Отпустим мы ящеров. Кто тогда будет защищать наших людей?

— Раньше же как-то справлялись? — Девушка не собиралась так легко сдаваться. Как всё было просто и понятно до этого разговора!

— Вот именно — «как-то». Плохо справлялись, — Ансельмо уставился на огонь костра.

— А ты откуда знаешь?

Паладин повернул лицо к собеседнице:

— Ты забыла, кто мой отец?

— А кто твой отец? — раздался голос дракона, и Джетта обнаружила, что его глаза открылись.

— Первый советник Императора, Гешшар, — негромко ответил Паладин.

Джетта напряглась в ожидании реакции ящера. Шестое чувство подсказывало ей, что пришел он в себя не минуту назад. И даже не пять.

— Что же тебя дернуло участвовать в такой сомнительной авантюре, сын Первого советника Императора? — теперь Гешшар позволил себе сесть. — Не уж-то вам покой не по карману? — хмыкнул он.

— Мне по карману если не всё, то очень многое, — спокойно ответил Паладин. — Я не самый почтительный сын в Империи, но знаю, что такое долг. Как и ты, Светлый. Ведь в столь сомнительную авантюру, как договоренность с людьми, ты тоже ввязался ради своих соплеменников.

— Ты прав, — улыбнулся ящер. — Это мой долг как Верховного мага. Я — последняя надежда их родичей.

— Ох, ничего себе… — выдохнула Джетта.

Она была не сильна в политике, это — стезя Светлых. Но на ее Темный взгляд, где-то совсем рядом ходил межгосударственный конфликт и вот-вот грозил накрыть их своим пушистым хвостом.

— Как же там твой народ без Верховного мага? — скептически произнес дель Пьёро. Судя по всему, он дракону на слово не поверил.

Но Гешшара это не смутило:

— Мысленно я с ними, — ответил ящер, и девушка поняла, что выражение использовано в буквальном смысле. — И мы решили заключить сделку.

Верховный маг драконов замолчал. В наступившей тишине было слышно, как потрескивают дрова. Костерок уже подъедал ветки, и Темная сделала несколько шагов, отделявших ее от импровизированной поленницы.