Книга Смерч навстречу. Даром, страница 44 – Светлана Нарватова

Очень хотелось помочь девчонке. Но деньги просто так она не возьмет. Паша как вживую представил картинку: «Я тут подслушал твой разговор с мамой. Тебе, вроде, деньги нужны». И шелест банкнот, опадающих с его физиономии. Поднять зарплату? Ну это неправильно. Он же не поднимает зарплату всем нуждающимся просто потому, что им денег не хватает? К тому же только создай прецедент… Как потом отбиваться от страждущих повышения и объяснять, что в «Палладе» все равны, но некоторые ровнее? Нет, так не пойдет.

С другой стороны, каждый сам пивец своего цирроза. Дарья в этом отношении молодец, на чужие плечи свои проблемы не перекладывала, за что, безусловно, заслуживала уважения. Больше Полякову не понравилось ее обещание приехать к матери на девятое. Он уже планов настроил. На бурное примирение. А если она уедет, где гарантия, что вернется? Если мать из нее так вьет веревки по телефону, то что она при непосредственном контакте может? Вдвоем же действительно дешевле. А там и Николай Владимирович подключится. Паша бы на его месте подключился. А она же и отказать-то толком не может. Ему — точно. Это качество Даши, которое так заводило Полякова в отношениях него самого, приводило в бешенство, стоило ему представить, что такой же девчонка могла быть с кем-то другим. Паша стартанул с места, будто его кто за корму цапнул. Ничего интересного больше в камере не показывали. Поляков убедился, что его секретарша действительно легла спать, и тоже завалился пораньше.

Утро Паши началось привычным бардаком и прыганьем в одном носке, зато рабочий день — с кружки ароматного кофе и булочки. Довод в пользу того, что неплохо было бы завести личного помощника и дома тоже. В целях Кощеева упорядочивания. Главное, чтобы она по ночам не бродила по квартире и не крушила мебель. И все будет замечательно.

Утро Дарья Владиславовна начала, как и стращала, с похода по должникам. То есть по исполнителям. Вооруженная шпильками, блокнотом и журналом, с ручкой наголо, она произвела эффект разрывного снаряда в мирном болотце «Паллады».

— Ты бы ее подкармливал бы, что ли, — жаловался боссу Толик.

Поляков заглянул проверить, как идут дела с ремонтом и подготовкой к переезду. Как и ожидалось, никак.

— Она же как вцепится, будто цепной кобель в мозговую кость, и не слезает. Только с мясом отрывать, — продолжал начохраны, с опаской поглядывая на дверь, из которой в любой момент могла появиться Даша и потребовать отчет.

— Так с меня она тоже не слезает, — приврал Поляков. Хотя эта может. Во всех смыслах. Только в одном ‑ сама не хочет, а во втором Паша ей не дастся.

— Ну ты-то ясно, — понимающе поддержал Анатолий, но под пламенным взглядом начальника притух. — А ты ей мой кабинет отдать хочешь… ‑ страдальчески закончил начохраны.

— Не твой кабинет, а свою приемную, — напомнил Кощей. — А ты переезжаешь на место директора, между прочим.

— Так не один же…

— Это нюансы. Учись мыслить позитивно! И вещи складывай понемногу. — Поляков неопределенно махнул рукой, указуя на фронт работ. Работ было начать и кончить.

К себе возвращаться не хотелось. В организме бурлила нерастраченная энергия раздражения. Приложить ее было некуда, и Павел спустился на первый этаж. Взял кофе и пошел через галерею в торговый центр. Неразрешимая ситуация в отношении Дарьи не давала покоя. Бесцельно побродив среди бутиков, Кощей зацепился взглядом за коробки брендовых конфет.