Книга Хлад – 2, страница 45 – Алекс Каменев

Игнат действительно испугался, но признаваться в этом не хотел, скрываясь за грубостью и раздражением. Причем напугала его не Лидия, сучка выступала всего лишь инструментом в руках сопляка, а вот он и правда нагнал на Оболенского жути.

Мальчишка, но проглядывало из него иногда нечто такое, что глядело на мир глазами голодной бездны. И это вызывало безотчетный ужас.

Вспомнив взгляд затянутых серой пленкой глаз, Игнат передернул плечами. Проклятый щенок, и зачем они с ним связались?

— Девку хоть трахнул? – спросил Прохор.

— Какую девку? – отвлекаясь от неприятных воспоминаний, недоуменно переспросил Игнат.

— Ну ту, шлюшку с телевидения.

Перед глазами мелькнуло задранное платье и оголенные стройные ножки лежащей без сознания ведущей новостей. После пережитого ни о каких постельных забавах речи не шло. Единственное, на что тогда хватило Игната – растолкать ничего не понимающую девицу и выставить за дверь, а самому вылакать полбутылки виски и завалиться спать, чтобы забыть о случившемся кошмаре.

— Не трахнул, – угрюмо буркнул Игнат и отвернулся, с отвращением глядя в панорамное окно, за которым раскинулся город. Снова хотелось напиться, чтобы хотя бы на время забыться, но младший Оболенский понимал, что это не решит проблему, поэтому с утра пил кофе, усиленно размышляя о дальнейших действиях.

Ловко его подловили, и документы составили на высшем уровне, не вывернуться. Наверняка за всем стоит Лидия, хитрая сучка, мальчишка бы сам до такого не додумался.

Или додумался? Вспомнив пугающий взгляд на совсем юном лице, Игнат поежился. Что бы ни поселилось внутри сопляка после Сейд-озера, это пугало до колик в желудке. Это что-то на глубинном уровне, с тех времен, когда в древности люди боялись грозы, считая ее проявлением божественной воли, и чувствовали себя беззащитными перед мощью стихии, которая может поглотить тебя с легкостью. Так и при разговоре с молодым Бельским, Игнат ощутил себя букашкой перед лицом силы, для которой отдельный человек всего лишь соринка, что могут смахнуть не глядя.

Бельский… А ведь он еще не прошел совет. Может, судьба будет благосклонна к клану Оболенских и сопляка прибьют остальные князья? Было бы неплохо.

Представив, как это будет, Игнат довольно заулыбался, но потом нахмурился. Снова перед мысленным взором мелькнул стальной взгляд, затянутый жидким металлом. Что-то не верилось, что даже патриархи смогут справиться с монстром, заключенным в теле юного годами мальчишки.

— Что делать будем? Мы не можем отдать ему долю в Консорциуме. Даже пятнадцать процентов – это… – начал Прохор.

— Знаю, – раздраженно отмахнулся Игнат.

— Это наше родовое предприятие, – не успокаивался старший брат. – Если каждому позволять…

— Да знаю я! – младший Оболенский сверкнул глазами. – Не рассказывай прописных истин!

Прохор угрюмо засопел, но смолчал. Игнат отвернулся к окну, засунув руки в карманы, медленно выговорил:

— Я думал, он кровью захочет виру взять, а он на деньги позарился. Нетипичное поведение для северян. Эти ублюдки всегда были чувствительны к законам чести, а этот легко переключился на золото.

— Современное поколение, – пробубнил Прохор. – Никакого понятия о чести.

Было непонятно, то ли издевается, то ли просто не знает, что еще сказать. Ситуация выходила за рамки привычного и, чего греха таить, складывалась совершенно по-дурацки для братьев.