Книга Хлад – 1, страница 76 – Алекс Каменев

Княжна остановилась рядом с самой большой, изображающей батальную сцену времен расцвета Реформации. Закованные в металл воины бились с врагами заточенной сталью и боевыми заклятьями. Магия льда и холод клинков придавали картине налет небывалой эпичности.

— Ты понимаешь, что дурацкой казнью взбудоражил весь удел, а вместе с ним и всю Конфедерацию, и возможно, даже весь мир? – спросила Юлия, не отрывая взор от картины.

— Они получили по заслугам, – спокойно ответил я и умолк.

Казнь. До сих пор понять не могу, что на меня нашло. Разум словно накрыло. Холод и отчужденность завладели сознанием, подчиняя инстинктам, пришедшим из глубины веков – убить врага, растоптать, чтобы ничего не осталось, чтобы в будущем никто не мог угрожать.

И подобное поведение выглядело правильным.

Ни жалости, ни сожалений, ни колебаний. Лишь отстраненное восприятие мира.

Мне уже сказали, что инициация прошла не совсем правильно, и я теперь понимал, почему. Это не догадки, а твердая уверенность. Хлад проник слишком глубоко, повлиял на меня, сделал другим. Научил быть жестоким и многократно повысил агрессивность, щедро приправленную безжалостностью. В обычных обстоятельствах это можно найти в любом человеке, даже в самом миролюбивом, но под влиянием Хлада это выразилось особенно ярко.

От ученика школы-интерната «Серебряный ручей» Андрея Ковалевского не осталось следа, вместо него появился Андрей Бельский, молодой князь, патриарх клана Бельских, властитель Северного Удела.

И ничего не оставалось, как свыкнуться с новым положением, потому что обратного пути нет. Но самое удивительно, я принял изменившееся положение как должное, ничуть не жалея о случившемся. Такая трансформация должна пугать, но она привлекала. Это казалось естественным, словно все так и должно быть.

— Не все князья заканчивали хорошо, – тихо произнесла Юлия, кивнула на картину. – Это князь Всеволод на пике своего триумфа, величайшей победы, которая впишет его имя в историю, – она помолчала. – Через три дня на пиру его убьют.

Воин в блестящих доспехах, на которого она указывала, был огромного роста с гривой светлых волос, правая рука держала массивный меч, вокруг левой кастовалось боевое заклятье из ледяной сферы.

— Ты за этим меня сюда привезла, показать, что все смертны? – спросил я, с интересом разглядывая своего предка.

Если отбросить условности и моменты с происхождением бастарда, он действительно был моим пра-пра-пра-пра-прадедом. И судя по всему, Юлия это тоже понимала. Гордой княжне не хотелось этого признавать, но от фактов не спрячешься. Особенно, когда потомок князя-победителя прошел через испытание Священного озера.

Девушка повернулась ко мне. Тонкое обрамление радужки глаз цвета металла слегка потемнело, выдавая настроение хозяйки.

— Ты изменился. Стал более уверенным, более жестким. От тебя прежнего не осталось следа. Сейд-озеро изменило тебя, сделало другим, и от этого у тебя эйфория. Тебе кажется, что весь мир под твоими ногами, и стоит просто захотеть – и все желания сбудутся.

Княжна испытывающе взглянула на меня, но с моей стороны последовало молчание. Сказанное не совсем верно отражало суть произошедших изменений, но что-либо объяснять я не стал. Поняв это, она продолжила:

— Озеро повлияло на тебя и перестроило на свой манер. Я слышала о таких случаях раньше, но все, соприкоснувшиеся с дикой стихией, всегда заканчивали одинаково – сходили с ума, становясь одержимыми.