Книга Заклинатель 4, страница 29 – Алекс Каменев

— Что ты лыбишься, думаешь это смешно⁈ — неожиданно рявкнула рыжая.

Черт, заметила, надо быть осторожней, капюшон скрывал только верхнюю половину лица, оставляя открытой нижнюю.

— Вообще-то нет, — стерев улыбку, ответил я, и перейдя на деловой тон сухо объяснил: — Дело не в направлении, а в исходной точке отчета. От огороженной валунами площадки под дубом с родником уйти до сих пор невозможно, дорога будет приводить обратно. Но если стартовать отсюда, — я выразительным взглядом обвел поляну, — то все получится.

Хотевшая продолжить разнос рыжая запнулась, нахмурилась, оглядевшись.

— Хочешь сказать, если пойдем отсюда, то выберемся из чащи? — недоверчиво протянула она.

— Уверен в этом, — я кивнул. — Иначе смысла нет. Подручные мага не смогли бы собирать трофеи, если бы бесконечно блуждали по лесу, возвращаясь всегда обратно. Секрет в исходной точке, откуда начинается путь. Здесь источник наложенных на Мертвое Урочище чар, сердце его власти если хочешь. Отсюда мы легко выйдем из чащи и продолжим путь к побережью.

Спокойный размеренный тон и твердая убежденность в голосе сработали. Тара поверила и сразу приободрилась.

— Эй, вы там, заканчивайте! — крикнула она наемникам все еще что-то обсуждающих над горкой ветхих предметов.

Бойцы обернулась, закивали, показывая, что закончили. Рыжая покосилась на меня.

— Ты так ничего не взял из добычи, маг, хотя мы не нашли никаких колдовских предметов, — сказала она.

Я кивнул.

— Именно, потому что не нашли, ничего и не взял. Такая была договоренность.

Среди вещей мертвого колдуна действительно не нашлось ничего магического. Ни артефактов, ни кристаллов, ни амулетов. Сначала это удивило, но потом пришло понимание, что ему это просто не нужно. Главный артефакт и главное творение висело в воздухе невидимым конструктом. Это была работа всей его жизни и каждую свободную минуту он посвящал ее улучшению — гигантской душесоске, забирающей жизни у случайно забредших в чащу путников, передавая силу хозяину для продления жизни. Он не мог далеко уйти от собственного творения, живя словно на привязи, подвергаясь воздействию тлетворного излучения.

Бессмертие с платой в виде физических уродств. Иронично.

Поколебавшись, Тара сунула руку за пазуху и достала толстую тетрадь в обложке из черной кожи.

— Это нашли, когда проверяли полы на тайники, лежала под досками, — пояснила она и протянула тетрадь мне. — Кажется это записки погибшего мага.

Я удивился, но принял подарок, пальцы ощутили шероховатую поверхность обложки.

— Не скрою, я сомневалась, отдавать ли тебе это, — призналась Тара. — Но учитывая, что все закончилась, считай это своей долей из добычи.

И не дожидаясь ответа рыжая решительно зашагала в сторону сгрудившись наемников. Я взвесил неожиданный подарок. Перед глазами вновь промелькнуло изуродованное язвами лицо со взглядом полным изумления:

«Ты…! Это ты…! Мятежник! Я узнал тебя… значит ты тоже…».

Похоже появилась возможность узнать секреты умершего собрата, узнавшего во мне Га-Хор Куэль Ас-Аджари, как и сгоревший на кострище мертвец, должный уже пять веков покоится с миром. Но они не захотели умирать и нашли способ обмануть смерть, пусть каждый и по-своему.

Между тем несколько наемников подскочили к костру, и вскоре горящие поленья полетели в дверной проем дома-казармы. Почерневшие от времени бревна почти сразу занялись. Вскоре на месте строения бушевало гигантское пламя.