Книга Семь Древ Янтандера, страница 115 – Роман Прокофьев

Пламени Подобный сразу ощутил их жадное внимание. Они не имели формы и не могли существовать в плоти — высшие хищники мира, доступного лишь ходящим-в-тенях, и осколок Единого даже не мог увидеть их — для этого требовались весьма редкие Навыки. Но от этого твари не становились менее смертоносны — вступая в их мир, человек оказывался уязвим, ибо тень сама по себе пьет жизненные силы, а ее обитатели — могут опустошить живое или эфирное существо гораздо быстрее. Он слышал истории и несколько раз лично наблюдал, как призванные теневые твари пожирали Атрибуты и Звездную Кровь Восходящих, лишая их сил быстрее, чем те успевали понять, что вообще происходит…

Они были здесь. Вокруг. Всюду. И даже их холодная близость вытягивала силы. Рост Звездной Крови, всегда идущий в теле Восходящего, остановился, число капель медленно поползло вниз — Тень брала свою цену. Ледяные прикосновения обжигали — голод тварей, не имеющих сознания. Они чуяли их, протягивали к ним невидимые во тьме лапы, пробовали на вкус — и только Первые Ключи были тем знаком, что не давал вцепиться и выпить пришельцев из мира живых.

Пламени Подобный холодно прикидывал, смог бы он пройти сам. Или проложить себе путь силой, разметать Теневой Рубеж золотыми Рунами, сжечь черный лит и разрушить обелиски из морлоида. И не знал ответа.

Тень шевелилась. Что-то ледяное прошло прямо сквозь него, одарив ужасом вечного, нечеловеческого голода. Осколок Единого с трудом сдерживался от использования Аспекта — это могло спровоцировать нападение, а биться здесь, в их владениях — сущее безумие…

К счастью, по тому, как Илиана шла, ровно отмеряя шаги, поворачиваясь, и вновь считая, он понял — хранительница знает путь. Причем — короткий, потому что незримые каверны сломанных пространств могли не только путать, но и укорачивать тропу. В какой-то момент она резко рванула его к себе, и в глаза вновь брызнул свет.

Они стояли у самого основания Кургана. Здесь стало ясно, что никакая высадка сверху невозможна — массивные корни Аран-Саар, багровые и прочные, как скала, вросли в склоны многослойным плетением, и между ними не было прохода. За сотни циклов они стали одним целым с Курганом, как кости, срощенные с плотью, и для того, чтобы добраться до гробницы, пришлось бы выкорчевывать Малое Древо. Здесь же, скрытая тенью, имелась тайная щель — проход, ведущий внутрь каверны в Кургане. Именно там находился саркофаг Моргейн — или то, во что он превратился.

Зеленое за склонами Кургана еще горело.

Илиана взглянула на него, и осколок Единого увидел на лице хранительницы новые, глубокие морщины. Она и так была немолода, но тени, похоже, забрали у нее еще несколько циклов. Да и сам Один из Тысячи ощущал себя кубком, из которого изрядно отхлебнули — несмотря на золотой ранг и новый физический предел.

— Мы… пришли, — выдохнула Илиана, входя в узкую косую щель меж двух корней Игга. Пламени Подобный протиснулся за ней следом. Территория теней кончилась, игг-древесина чуть мерцала, даря ровный кровавый свет. Когда-то здесь был тоннель, но малый Игг почти поглотил его — корни продавили стены и своды, проросли сквозь проход несокрушимыми наплывами. Приходилось протискиваться боком, перелезать, почти ползти там, где корни смыкались над головой. Ход шел вниз, закручиваясь по спирали, и с каждым витком становился все запущеннее и уже — пока со всех сторон не остались только узловатые багровые корни.