Онлайн книга «Семь Древ Янтандера»
|
Она положила ладонь на горловину Кувшина, и наружу выскользнули новые духи. — Но у Вечности есть хозяева. Небесные господа, что прожили там тысячи и тысячи циклов, обретя невообразимую мощь. Для них все мы — нео. Низшие. Кровь, Клятвы, служба, подвиги — это ничего не значит, клеймо нео не смывается ничем. — Чистая кровь Аммос… — вздернула подбородок Эльвейн, но ее прервал смех Итты Основательницы. — Кровь Аммос? Кровь Единства там не стоит ничего, дитя! Я, Итта Талас кел Аммос, стала там дичью небесного Дома… А мои дети — товаром, рабами и скотом, которых мучили, убивали, продавали, обращали в уродливых существ или заключали в Монеты. Не в наказание — из прихоти или развлечения, потому что души небесных господ давно сгнили. Вы не верите, дети? Тогда — смотрите! К этому моменту Пламени Подобный, Морвейн и души предков готовились. У них имелись слова и Саги для своих потомков, и они развернулись живыми знаменами в разуме каждого, присутствующего в высоком зале. Осколок Единого уже частично видел их, в руинах Эстэ, когда призраки свидетельствовали перед его Народом, но теперь основатели и легенды рода Талас говорили со своими — и Восходящие застыли, а их глаза отражали отблески осанн. Пламени Подобный знал, что они видят. Детей Забытого считали жестокими и безжалостными, и это была правда. Но те, кто познал настоящую жестокость пресыщенных существ, давно утративших любую человечность, знали разницу. Небесные господа творили страдание, как искусство, ибо за тысячи и тысячи циклов его оттенки оставались единственным вкусом, который они еще различали. Даже Черви, пожалуй, были честнее тюремщиков Небесного Трона — Черви хотя бы убивали всего один раз. Вечность же не убивала вовсе. В этом и был ее ужас. В каждой осанне текла своя история. Раздетая донага дичь на небесном острове в тумане, стократно убитые и лишенные всех Рун и Предметов нео. Всего, долгими циклами заработанного в Чертогах Встреч, Ожидания и Испытаний. Крики о Клятвах, крови и верном служении в Единстве. И хохочущие лица охотников, убивающих еще стократно, тысячей разных способов, пока добыча не согласится принести нужную Клятву… Золотой город немыслимой красоты, дворец из небесного стекла с пиршествами и бассейнами — один из Домов Наслаждения, и улыбающаяся прекрасная прислужница — ее сделали прекрасной, каждый раз создавая новое тело по вкусу гостей — и она улыбалась. «Подано, господин… сейчас будет подано…» Осанна показала, что из бывшей хранительницы Курганов вынули все чувства, оставив только радость угождения, и она радовалась, поднося чаши, радовалась всему, что с ней делали существа, чья скука и фантазия были старше этого Замка. Но раз в цикл ей возвращали память и чувства, ибо такова была Клятва, и наслаждались изысканной приправой ее ненависти… Белая зала без теней, свет, льющийся отовсюду, чистота, какой не бывает в мире живых — и стол из голубого металла, к которому золотые нити приковали обнаженное тело. Небесный господин работал над ним неспешно, с наслаждением знатока, слой за слоем раскрывая живую плоть и любуясь ее строением. Нео — это был легендарный Коравейн, держали в ясном сознании нарочно, ибо в этом и заключался интерес — изучить предел мучений, который способно перенести тело. Сначала чистое, потом усиленное эликсирами, затем под Рунами Исцеления… Кел делал это без всякой злобы — так мудрец изучает строение насекомого, и без всякого милосердия — ведь нео был всего лишь материалом… |