Книга Семь Древ Янтандера, страница 92 – Роман Прокофьев

К Храму Вечности.

Пламени Подобный улыбнулся — улыбкой, которую никто не называл бы доброй.

И, вновь приняв Призрачную Крылатую Форму, взмыл вверх.

Ведь зверя, как известно, нужно гнать.

Внизу растекалась армия мертвых, заполняя дороги между Медными Башнями. У дымящейся, проломленной вершины башни тинга вились призраки Морвейн. Ястреб устремился к Храму, а вот его свита развернулась навстречу осколку Единого, пытаясь перехватить его в полете.

Верные глупцы.

Пламени Подобный уже был золотом. Слабым — всего шесть звезд, но они стоили золотого созвездия, ибо дети Забытого — куда больше, чем люди. Сейчас он горел битвой, а значит — все, кто пытался преградить ему путь — должны умереть. Сторожевые гармы Курганов хотят сражаться⁈ Что ж, он покажет им, как должен биться настоящий Восходящий!

Шесть Птиц, десять кель-стражей в седлах — все, что осталось от эскорта рода Амарис. Впереди — золото, и с ним требовалось покончить в первую очередь. Один из Тысячи размножился, на лету создав Призрачных Фантомов и Многоликой Формой разделил Аспект на три сияющих белым пламенем луча. Одновременно он призвал Ледяного Драккариса, используя его подобно щиту, и золотое Существо выдохнуло струю Ледяного Дыхания, вынудив противников обратить внимание на себя.

Огненные Стрелы, призрачные залпы кел-разрывателей, Копья Света — похоже, стража Амарис уже истратила в битве свои самые сильные Руны. Фантомы и Драккарис приняли на себя большую часть их усилий, а от тех, что были направлены верно, не составило труда увернуться. Призрачная Крылатая Форма куда быстрее неповоротливых Рун-Птиц, и сражаться с ней в воздухе, на встречных курсах — выбор безумцев или глупцов. В следующий миг Пламени Подобный уже промелькнул возле одного из врагов стремительной молнией, и драконий клинок прошел сквозь чужую фигуру наискось, от плеча до бедра. Две половинки Восходящего разошлись, еще не понимая, что они не единое целое. Осколок Единого уже был далеко, прежде чем они начали падать.

Первый луч Холодного Солнца перерубил крыло золотой Птицы. Второй — прошел сквозь серебряного всадника, третий — выжег рунный щит и объял огнем еще одного Восходящего. Сам же осколок Единого принял удар золотого врага — почти самоубийственно, напролом, но и это оказалось хитростью — в последний миг он обратился в Призрака Небесного Огня, и рунный залп не причинил ему никакого вреда. А вот сам Призрак прожег защитную сферу золотого всадника, а в следующий миг — слился с ним самим и его Птицей. Земляне называли это «аннигиляцией», и двух секунд действия хватило, чтобы золото Амарис лишилось физического тела. Его Кровь и Руны были поглощены, а сам осколок Единого, вновь обретя форму, обернулся в сторону оставшихся врагов.

Никого не было.

Последняя Птица, несущая двух кель-стражей, стремительно пикировала куда-то в сторону. Мгновение — и она скрылась за багровым хребтом корня Игг-Древа.

Сбежали.

Пламени Подобный не стал преследовать их. Гораздо важнее было другое — ибо Ястреб приземлился возле Храма, и, сбросив золотой доспех, уже заходил. Вернее — в страхе бежал внутрь, но это уже не имело никакого значения.

Осколок Единого знал, как устроены Храмы. То, что Вечность располагала под Игг-Древами во всех Кругах Жизни, было лишь блестящей пустышкой, жалкими вратами, ведущими в огромный многомерный Домен, который и был настоящим Храмом. Но чтобы пройти в него, нужно встать на знак в центре зала, находящийся в пятидесяти шагах от входа. Он дважды делал их в теле Сигурда, и знал, сколько ударов сердца нужно, чтобы пройти это расстояние — шагом, ползком или в полете.