Книга Тинг, страница 82 – Роман Прокофьев

Космос, искрящийся тысячами звезд, и тающий вдали исполинский тор Мира-Кольца. Татуировка на загорелом женском плече, подозрительно напоминающая трехлучевую стеллу, и огромный, невероятно странный золотой шар, источающий лазурное сияние. Ряды серебристых криогенных капсул и сложная вязь на плечах черно-синего мундира. И еще, еще, еще…

Мои воспоминания? Но я не помнил, чтобы со мной происходило что-то подобное в земной жизни! И на этом фоне как будто со стороны прозвучал мой ответ:

— Мне нечего… тебе сказать.

— Жаль. А вот у меня есть послание. Для тебя, для таких как ты, для тех, кто стоит за тобой. — Посланник говорил нарочито добрым и мягким тоном, но я вдруг понял, что речь идет о крайне важных вещах. Настолько важных, что именно для этого разговора, наверное, он и снизошел в свое отражение из Вечности.

— Четверо из семи пали, одна пропала, один стал временем, а еще один давно забыт. Но Твари Извне близко, и потому змея укусила свой хвост. Единству нужны защитники, а Вечности нужен Исток. Так уже было, и так еще будет. И если разделенное соединится, значит, такова цена.

— А Вечность… не боится? — я нашел силы криво усмехнуться, и Посланник, казалось, чуть-чуть посуровел. В его непререкаемом тоне прозвучал металл:

— Вечность сказала, а ты услышал, мой странник.

— Не твой…

— Но ты услышал. А раз так, не буду больше досаждать тебе. Кел есть Кел, а чужие планы — священны. — Посланник слегка склонил голову. — Ты сказал верно — Восходящий может войти в Вечность. Я поработаю твоей норной, двуединый.

Он указал на Саркофаг и добавил:

— Иди. Тебе открыта любая нить.

Пытаясь сохранить достоинство, я медленно поднялся по ступеням к Саркофагу. Под пронизывающей, физически ощутимой аурой Посланника остатки воли плавились, съеживаясь подобно тающему свечному огарку. Столь неожиданный финал нашего задержания — это насмешка, ловушка, хитрая проверка — или невероятно могущественный хозяин Храма действительно отпускает меня? Белый Дьявол молчал, словно никогда не существовал, а путь был открыт только в одну сторону.

На этот раз Саркофаг позволил изменить нить безо всяких проблем. Рунный интерфейс расцвел знакомыми символами — сравнив отражения, мне опять предложили провести синхронизацию — с прошлого визита в Вечность Атрибуты немного подросли. Стоило это тринадцать Звездных Монет или 312 капель Звездной Крови. Сейчас мой запас насчитывал 826/1613, перед тингом разбрасываться Кровью не годилось, так что я отверг столь щедрое предложение.

Других препятствий не было. Руну-Хранилище, к счастью, удалось почистить заранее, убрав в криптор все вещи, принадлежащие Единству. Золотой Город был доступен — но что ждет по ту сторону, на входе в Вечность? К тому же я оставлял в этом теле, висящем в колонне Безвременья, массу ценностей — начиная от осколков разных Реликтов и заканчивая золотым семечком Древа; кто поручится за их сохранность?

Но выбора не оставалось. Мягкая улыбка Посланника намекала — пора в путь.

На этот раз перемещение вышло почти мгновенным. Не было черноты, великолепия Небесного Трона, голоса Вечности… Раз — и мое сознание, отделившись от тела, юркнуло в игольное ушко, а затем ощущения внешнего мира вновь вернулись — и я выпрямился, разрывая искрящуюся субстанцию, встал из звездной купели Бассейна Душ.