Книга Академия, страница 112 – Алексей Свадковский

— Я вас понимаю, — кивнул майор. — Я в вашем полном распоряжении. Только предупрежу семью.

Он отошёл, заглянул в палату и что-то негромко сказал уставшей женщине, сидящей возле кровати сына. Та понимающе кивнула, и майор вернулся назад.

— Вика, останься здесь, — попросил я свою спутницу. — Мало ли что.

Эпилог

Мотоповозка дожидалась возле больницы, как я и попросил. Шумно урча, она донесла нас до дверей особняка, укрывшегося на одной из улочек Новосибирска.

Звонок в дверь. Представительный дворецкий встретил нас на пороге и, услышав, кто именно пришёл к его хозяину, коротко кивнул, пригласил внутрь.

Кабинет хозяина дома располагался на втором этаже. Распахнутая дверь показала не самую лицеприятную картину: разбросанные по полу бутылки из-под алкоголя, Генрих в несвежей заляпанной рубашке, сидящий в кресле, сжимая бутылку с шампанским. Бросив на меня злобный взгляд, он сквозь зубы процедил:

— Пришёл всё-таки. А я всё ждал, когда же ты наконец явишься убивать. Думал, припрёшься в первый же день, а ты ждать себя заставил — специально нервы решил помотать?

— А у меня друг сильно обгорел, — пожал плечами я. — Для меня его жизнь и здоровье были важнее, чем встреча с тобой. Я бы хотел с тобой поговорить. Думаю, ты догадываешься о чём.

— Убить меня хочешь? — злобно бросил Генрих, сделав глоток шампанского.

— И это тоже, — кивнул я. — Но сначала всё же хотел спросить: например, за что ты меня решил убить первым?

— Пускай этот выйдет, — потребовал барон, ткнув в сторону моего сопровождающего. — При нём разговора не будет.

— Хорошо, — кивнул я. — Иван Фёдорович, можно вас попросить выйти? — попросил я майора. Познакомиться мы успели ещё во время поездки на машине к дому барона. Тот понимающе кивнул, вышел и прикрыл за собой дверь.

Дождавшись, когда дверь закроется, я снова посмотрел на барона — уставшего, с кругами под глазами. Опустив голову, он смотрел в пол.

— Мы теперь одни. И я хочу тебя спросить: почему ты хотел меня убить и, самое главное, за что?

— Чтобы ты и твои покровители не украли моё будущее. Дед всё верно рассчитал: Епифанов, Бестужев — все вы звенья одной цепи, которой хотят удавить наш род. Вы думали, что мы не узнаем. Но дед вас всех просчитал. Только вот я сплоховал — не смог тогда выстрелить по тебе, думал, сам околеешь в Запределье. А получилось, что мертвецы, выходит, возвращаются. Нужно всё и всегда доводить до конца, не надеясь на судьбу.

— При чём здесь Епифанов и Бестужев? — уточнил я. — Какие ещё, к чертям, звенья? Какой долбаной цепи? Ты можешь мне хоть что-то объяснить?

— Можешь не играть, — пьяно хмыкнул барон. — Мы уже вычислили твоих покровителей. Могли бы и тоньше сыграть, а так выставили одарённого второго ранга, внезапно объявившегося из дыры, которую не каждый дурак найдёт на карте. И как раз в тот год, когда и я поступил в Новосибирск, а наш род убрал всех возможных конкурентов, расчистив мне дорогу в гвардию, а оттуда и в свиту Великого Князя. И вы и вправду думали, что мы это будем терпеть?

— Ты спятил? — уточнил я, глядя на барона. — Какой ещё Великий Князь? Какая ещё гвардия? Ты про что сейчас вообще говоришь?

— Хочешь сказать, что ты и с Епифановым не знаком? — вскинулся Генрих. — Секретарь Широкого лично слышал, как он уговаривал губернатора вручить тебе орден.