Книга Черный Маг Императора 29, страница 129 – Александр Герда

Сами же Нарышкины прибыли к терминалу практически в одно время с нами. Вот только выглядело это намного помпезнее. Несколько черных лимузинов с лакированными боками и яркими родовыми гербами, штук пять охранных внедорожников… Целый правительственный кортеж, который практически застопорил все движение перед терминалом.

Еще более эффектным был момент, когда в лимузинах и внедорожниках разом начали открываться двери, выпуская своих пассажиров. Из одного из них первым вышел Лешка. В костюме, уверенный в себе… Сразу видно княжич, что и говорить.

Следом за ним вышел князь, потом Иван, который подал руку сестре, а спустя еще несколько секунд вокруг семейства Нарышкиных образовалась плотная стена из одинаковых охранников, которыми руководил Жемчужников. Дядя Игнат осмотрелся, увидел нас и приветственно помахал рукой.

Я махнул ему в ответ и поймал себя на том, что, глядя на все это, накатившая на меня тревога как-то сама собой начала уходить. Мысль о том, что в далекой Богемии рядом с нами будет множество близких людей, успокаивала.

Следом за Нарышкиными приехали Горчаковы, потом я увидел Собакина с матерью, которые выглядели немного растерянными. Ну еще бы! Площадь перед терминалом гудела и была заполнена не только машинами, но и толпой людей, которые пришли нас провожать. Народа было столько, что казалось, будто во всех новостях специально объявили, что мы улетаем именно сегодня, а не завтра с делегацией Романова.

Вдоль прохода к терминалу выстроились две шеренги, которые по большей части состояли из учеников «Китежа». В их руках были плакаты с разными лозунгами, начиная от «Дайте им жару!» и заканчивая более лаконичными, типа: «Китеж рулит!». Надо ли говорить, что такая поддержка придавала еще больше уверенности в том, что все будет хорошо.

Как-то так само собой вышло, что все, кто летел вместе с Нарышкиными, сгрудились вместе и двинулись в сторону терминала. Первым неторопливо шагал Лешкин отец, который время от времени кому-то кивал и улыбался. Путь ему расчищали охранники, которые зорко следили за тем, чтобы никто не оказался на пути князя.

Лешка шел рядом со мной и с улыбкой смотрел на меня, когда я шарахался от вспышек журналистских камер. В отличие от моего друга, я к подобному вниманию еще не привык. Я, когда на Зимний Императорский Бал ехал, чувствовал себя не в своей тарелке, а сегодня у меня и вовсе было такое чувство, что нас отправляют осваивать Марс.

Тяжелее всего приходилось Горчаковой. Елена шла позади нас с таким видом, будто летела на войну. Я уже привык к тому, что с нами она позволяет себе хотя бы изредка улыбаться, а сейчас она была такой, какой я увидел ее впервые на тренировке. Собранная, с серьезным невозмутимым лицом и высоко поднятым подбородком.

Идти через эту шумную толпу было непросто. То и дело приходилось задерживаться, пока князь с кем-то перебрасывался фразами или обменивался дежурными любезностями, с гордостью поглядывая на Лешку. Так что к тому моменту, когда нас вывели из аэропорта и повели к белоснежному самолету, возле которого стоял трап, я уже порядком устал от всей этой суеты и хотел поскорее оказаться в салоне, чтобы немного прийти в себя.

Последним ярким впечатлением нашего пышного вылета, стал для меня салон самолета, который больше был похож на шикарный отель, которому кто-то по ошибке приделал крылья. Удобные глубокие кресла, диваны, столы с напитками и фруктами. В общем, солидно, что и говорить.