Книга Черный Маг Императора 27, страница 46 – Александр Герда

Я с сожалением положил механизм обратно в ячейку, закрыл стеклянную дверцу и с нетерпением продолжил осмотр. Блин, сколько же здесь всего интересного!

С другой стороны комнаты в ячейках хранились более понятные мне предметы. Стеклянные колбы, цилиндры, пузырьки разных размеров. Половина пузырьков были пустыми, но зато в другой были какие-то жидкости. Причем не простые жидкости, а явно что-то интересное.

Я поочередно рассматривал их, пока не решаясь взять хоть один пузырек в руку. Слишком подозрительно выглядело их содержимое, чтобы вот так с наскока хватать все, что под руку попадется.

В одном из сосудов был настоящий вихрь из пузырьков, который то прекращался, то вдруг начинал крутиться с новой силой. В другом сосуде бессистемно метались искры, в третьем хранилось нечто черное, как смола. Зато он был одним из немногих пузырьков, на котором имелась этикетка — «Голос смерти».

— Дориан, как думаешь, что может делать эликсир с таким странным названием? — спросил я у своего друга.

— Думаю, нечто опасное, — сказал он. — В любом случае, я бы не советовал тебе его пробовать.

Я и не собирался, тем более, что моим вниманием уже завладел другой пузырек с жидкостью, похожей на мед, в котором плавали буквы. Маленькие черненькие буквы, которые время от времени сами по себе складывались в незнакомые мне слова и распадались вновь.

Было бы здорово изучить все эти эликсиры и узнать, что они могут делать. Правда сам бы я за это дело браться не решился, но вот оттащить все это добро Андромеду Хмельникову на исследование — почему бы нет? Думаю, этот гений алхимии умрет во второй раз от счастья, когда узнает, сколько интересной работы его ждет. Он такое любит.

Однако, это при условии, что я еще когда-нибудь смогу отыскать эту комнату в этих хитрых переплетениях паучьих коридоров. Кто знает, вдруг эта комната редко открывается, или вообще это разовая акция? В любом случае, сейчас я этим заниматься не собирался.

Для этого у меня совершенно не было времени, а потом, пока еще я вообще не понимал, что нашел, и мне нужно было немного разобраться с этим делом. В самом идеальном варианте — найти ответы на вопросы, которые уже начали появляться в моей голове.

Оставив в покое пузырьки, я занялся осмотром нижнего ряда ячеек, где хранились предметы покрупнее. Большая деревянная шкатулка с металлическим паучком на крышке, по соседству с ней книга в черном кожаном переплете без всяких опознавательных знаков.

У меня руки чесались от нестерпимого желания посмотреть, что в шкатулке, и полистать книгу, но я смог себя сдержать и занялся дальнейшим осмотром. Пропустив несколько пустых ячеек, я увидел небольшой портрет в овальной раме.

Разумеется, я понятия не имел, кто это был изображен, и единственное, что мог понять — судя по его одежде, портрет был старый. Так уже лет сто никто не одевался или даже больше. И вот еще что… Неизвестный был чем-то похож на моего сторожа, из чего можно было сделать вывод, что это какой-то предок Гофмана.

Странно…

— Что здесь странного? — спросил меня Дориан. — «Берестянка» раньше принадлежала Гофманам, чей еще портрет ты хотел здесь найти? Романова на коне?

— При чем здесь Романов? — я посмотрел на стол в центре комнаты и только сейчас заметил, что он восьмиугольный. — Я имел в виду все эти предметы в целом. Если не брать в расчет пузырьки, то мне вообще непонятно, почему здесь находятся все эти предметы, и по какому принципу их собирали. Странная коллекция, вот что я хочу сказать.