Книга Шар судеб, страница 151 – Вера Камша

Воспоминание о море потянуло за собой воспоминания о Франческе, которые дело и выправили. Цыкнув на разбушевавшиеся предчувствия, Марсель единым духом преодолел оставшиеся ступеньки, проскочил небольшую прихожую и уткнулся в деревянную дверь, на которой не наблюдалось ни засова, ни замка, ни замочных скважин. Пару раз потянув на себя и пару раз толкнув, Валме почувствовал себя сразу дураком и привидением. Огляделся, заметил пару тяжелых табуретов, вспомнил, что у стражников внизу имелись алебарды… Вот так дипломаты и становятся плотниками!

Ломать без предупреждения двери в комнаты маршала неприлично – тем более офицеру для особых поручений, – и Марсель аккуратно постучал. Именно так стучали в доме дядюшки Шантэри. Стук замер, стало тихо. Так тихо, что Валме показалось: он слышит сопение солдат на первом этаже. Тишина даже не стояла – висела, как висит над горной дорогой готовый сорваться камень. Валме поправил кинжал, затем шейный платок и постучал еще раз. Громче. Пожалуй, дядюшка нашел бы, что он барабанит самым неподобающим образом. На сей раз его услышали. За дверью что-то зашуршало или, скорее, заскреблось, и знакомый голос произнес с раздраженной вежливостью:

— Господа, только не говорите, что вас преследуют кошмары.

— Господин Первый маршал. – От избытка совершенно неуместных чувств Марсель уподобился Герарду. – Кошмар тех, кто охраняет вашу персону, действительно преследует. На первом этаже этого здания. Прошу разрешить доложить подробно. Могу по-кэналлийски – ползимы учил, но лучше все-таки на талиг…

Дверь распахнулась, и на пороге возник еще один призрак. Или выходец, по недоразумению обзаведшийся тенью.

— Я вас недооценил, – голосом Алвы сказал он. – Вас следовало или не брать вообще, или чем-нибудь занять.

— Не терплю заниматься делами. – К нему, такому, надо немедленно привыкнуть. Привыкнуть и не замечать! – Вы неплохо устроились, хотя моему другу Валтазару вряд ли понравится: слишком аскетично, и подсвечники какие-то маленькие, хоть это и подлинный Леокадий Второй. Я не ошибаюсь?

— Спрошу при случае у его высокопреосвященства. – Алва отступил от двери и рухнул в кресло. – Если хотите выпить, налейте себе сами. Вино не отравлено.

Глядя на Рокэ, следовало предположить обратное, но Валме считал себя человеком воспитанным, к тому же предполагаемая отрава явно была медленной – Ворон еще ходил.

— Один бокал, если не возражаете. У вас есть теплый плащ? На улице холодно.

— Я не собираюсь выходить, – зевнул Рокэ. – Почему вы вошли через дверь для прислуги? Тут есть прекрасный ход в апартаменты его высокопреосвященства.

— Извините, так получилось. – Марсель недрогнувшей рукой налил вина. – Ваше здоровье!

— Это оскорбление? – осведомился Ворон. Он себя видел – в комнатах были зеркала. Здесь все было. Даже оружие и книги.

— Это намек. – Вино оказалось отменным. «Черная кровь». На то, чтоб узнать год, Марселя не хватило, как и на то, чтобы оставаться вежливым. – Готов поверить, что в вине яда нет, но где-то он есть.

— Где-то есть все, – Алва усмехнулся, – в том числе и яд. Здесь его нет.

— Тогда что с вами? Скоротечная чахотка?

— Обзаводиться любимой хворью Дидериха не по мне.

— Вам нужен врач, – не удержался от пошлости Марсель.

— Нет.

Врачами можно заняться позже. В другом месте, но до этого места нужно идти, в том числе и по лестницам.