Онлайн книга «Шар судеб»
|
— Ты что? – полушепотом спросил Робер. – Зачем? — Ворон умеет лечить… Не хуже морисков! Я знаю… — Альдо? – растерялся Иноходец. – Ворон не святой Оноре, и потом… Тут никто ничего не сделает, Дикон. Тут только не трогать. И ждать… — Алва знает морисские секреты! – Робер давно ни во что не верит. – Он… он лучший врач, чем этот… этот монах. Приведите Алву! — Нет, – тихо, но отчетливо произнес сюзерен, – мы не желаем его видеть. Отойдите, вы загораживаете солнце. Какое чистое лицо – ни ссадины, ни синяка. Это не может быть смертью. Не может! — Сколько? Хриплый шепот Мевена и короткий, безжалостный ответ: — Полчаса, может быть, час. Один несделанный выстрел – и конец всему! А ведь Катари говорила, умоляла, предупреждала… И Карваль говорил, а они понадеялись на Кэртиану. — Эпинэ! – позвал Альдо, шаря взглядом по золотым от солнца крышам. Дик оттолкнул монаха и склонился над сюзереном. На чистом лбу выступила испарина, губы стали серо-синюшными. — Альдо! Альдо, я тут… Тебе что-то нужно? Лицо сюзерена исказила гримаса. — Приведите Эпинэ, – потребовал он. – Мне нужен Эпинэ. Только Эпинэ… — Я здесь. – Робер опустился на колени и отбросил пистолет, который все еще сжимал в руке. Сталь глухо стукнула о камень. – Не шевелись. Будет хуже. — Знаю. – Это даже не бледность. Лицо заостряется, синеет, а сюзерен еще говорит. И улыбается потемневшими губами. Роберу. Только Роберу, остальных для него не существует. Никого… – Эпинэ… найди Матильду… и увези в Сакаци. Этот… Альберт вас… не выдаст… Уезжай сегодня же… Сейчас! Не вздумай… возиться с этим городом… и спасать всяких ублюдков! Пусть сами выбираются… как хотят. — Хорошо, – обещает Эпинэ, – я ее отыщу. — Она здесь… Разнеси это логово по камешку, но найди… Если ей так… нужна эта дрянь… Темплтон с доезжачим… не трогай их… Альберт примет всех… Понял? — Да. — Сегодня! – еле слышно требует сюзерен. Он дышит все чаще и все быстрее, на темных губах розовеет пена. Неужели он не вспомнит? Не простится? — Дети мои! – Мягкий отвратительный голос. Карваль и Мевен расступаются, пропуская человечка в сером. – Сын мой… Я пришел дать тебе утешение… — Убирайся, – шепчет государь кардиналу с его голубем и с его Создателем. – Крысенок… Яростный взгляд рвется к небу, в котором в бездне света кружит одинокий ворон. Он все видит, он запоминает… — Старые боги такое же дерьмо, как и Создатель! – Все труднее разбирать слова, все страшней и непонятней лицо. – Такой же обман! Нет ничего… Ничего! Кроме жизни и нас! Только мы… — Создатель, прости ему, – бубнит не ушедший кардинал, – ибо безумен… Он ведь безумен? — Да, – с готовностью лжет врач, и Ричард хватается за кинжал, только его нет. Есть тупая боль, мгновенно ставшая невыносимой. — Держите себя в руках, Окделл. – Мевен! Хватает за плечо, перед глазами взрываются искры – белые, багровые, отвратительно зеленые. Кружатся, как комарье на болоте, и звенят – тоненько, жалобно, жутко. — Что с вами? Вы ранены? Вам плохо! — Оставьте! Пустите меня! Пустите меня к Альдо! Боль все сильнее. Дышать трудно. Сердце? Неважно… Сейчас ничего не важно, кроме сюзерена и нахлынувшей пустоты. Камни под ногами или болото? Тошнотворная зелень, лилии, непрекращающийся мерзкий звон. Может, это сон? Это должно быть сном! Кошмаром, который начал Рамиро. |