Книга Шар судеб, страница 89 – Вера Камша

Первым мчался синий пикинер. Перемахнув водную полосу, он очутился на галечной отмели, в два прыжка ее преодолел и поскакал дальше, опираясь на обломок пики, как на шест. Несущийся следом мушкетер такой возможности не имел и поскользнулся чуть ли не на первом валуне. Отчаянно взмахнув руками и выронив мушкет, бедняга кое-как выпрямился и, не решаясь двинуться с места, застыл посреди потока дурацкой статуей. Вожак этого не заметил. То и дело оборачиваясь на черно-белых, он мчался вперед заячьими прыжками – прямиком в объятия созерцающего переправу разъезда Рединга. За пикинером сломя голову неслась стайка человек в десять. Раздался одиночный выстрел, почти догнавший прыгуна долговязый мушкетер дернулся и упал. Речушка была мелкой, но встать упавший не пытался, а остальные даже не замедлили бега…

Нет, один, с обвязанной головой, вроде бы повернул, но успел ли? Развязки Чарльз не видел – и разъезд, и беглецов скрыла скала.

— Поохотиться бы, – шепнул Давенпорту последний из адъютантов Хейла, еще не понюхавший сегодняшнего пороха.

— Без нас справятся, – покривил душой Чарльз.

Генеральская кавалькада быстрой рысью двигалась вдоль реки вслед за передовыми эскадронами, обходя дерущихся и не ввязываясь ни в какие схватки. У пехоты и так все шло отлично. Попавшие под первый удар дриксы были опрокинуты, Айхенвальд наступал, успешно продолжая то, что так хорошо началось. Отсутствие обоза уже давало о себе знать: талигойцы пороха не жалели, ответная стрельба была редкой и беспорядочной.

— Пока неплохо, – выразил общее мнение незнакомый теньент с перевязанной рукой, сменивший ушедшего в бой порученца, – а вот что-то будет сейчас у нас?

— У нас будет атака вражеской кавалерии, – удовлетворил любопытство теньента генерал и уточнил: – Очень скоро.

О том, что было бы, атакуй дриксы из арьергарда позже, когда полки Хейла ушли бы к Ор-Гаролис и рассеялись в холмах, Чарльз не спросил. Савиньяк или угадал, или знал точно; в любом случае он был прав, а пугать других и себя неслучившимися бедами Давенпорту не советовал еще Генри Рокслей. Когда был не покойником, а маршалом и талигойцем.

Дриксы атаковали вполне предсказуемым образом. Неведомый командир арьергарда действовал в точном соответствии со здравым смыслом и Пфейхтайером: пехота, судя по буро-коричневым мундирам – гаунау, наступала Фажетти в лоб, а кавалерия выдвигалась сбоку, направляясь в обход открытого правого фланга. Красивое решение, хоть сейчас в учебный трактат! Хочешь – бей в бок не перекрывшего до конца берег Фажетти. Хочешь – бей в тыл не желающему оглядываться Айхенвальду; сковать упрямца перед решающим столкновением сам великий Гусак велит. Какой выбор, господа, какой выбор!

Грохнуло. Артиллерия дриксов вовсю поддерживала атаку своей пехоты. Ответа не было, хотя пора бы уже, а темно-синие эскадроны красиво заворачивали вправо, явно готовясь обрушиться на фланговые батальоны второй линии. Все-таки решили не бросать в тылу неразбитых фрошеров… Предусмотрительно и похвально! Гуси вообще птицы вдумчивые, один Штанцлер чего стоил!

— Прикажите Айхенвальду остановиться и развернуться, – снова подал голос Хеллинген. Обычно начальник штаба был ходячей субординацией, но бедняга видел, как Фажетти перестроился лицом к надвигающейся коннице. Умело перестроился, но строй вышел слишком уж тонким, и субординация полетела к Леворукому.