Книга Из глубин, страница 100 – Вера Камша

2

Первым, кто попался Ричарду на глаза, был двоюродный дядюшка Ангерран, лишь вчера вернувшийся в столицу. Родич говорил о погоде, коронации и отобранных Дораками родовых владениях, но его глаза не отрывались от лица юноши. Если о случившемся известно Карлиону, значит, о вчерашней драке судачит весь город и надеяться на неведение Альдо глупо. Ракан не Оллар, он не царствует, а правит, однако сегодня юноше хотелось, чтобы Альдо ничего не знал или чтоб у сюзерена оказалось слишком много дел, в которых утонули дворцовые сплетни.

— Так вы уверены, что его высокопреосвященство прибудет в срок? – беспокоился Карлион. – Ведь ему придется проезжать неблагополучными провинциями.

— Уверен, барон. Простите, меня ждут неотложные дела.

— А что моя дражайшая кузина, она уже приехала?

— Нет, – очень спокойно ответил Ричард.

Скверное начало, а день будет еще более скверным, но он выдержит. Юноша вежливо и равнодушно раскланялся с любопытствующим родичем, вскинул голову и, глядя прямо перед собой, двинулся сквозь пока еще немногочисленную придворную толпу. Именно так ходил Ворон, когда не желал ни с кем разговаривать. Прием сработал и на этот раз: герцога Окделла не только не останавливали, но и ретиво убирались с его пути. Смеяться в лицо Повелителю Скал не решился никто. Настроение понемногу выправлялось, но впереди ждало самое трудное – встреча с Катари.

Алатская галерея и апартаменты Катари неотвратимо приближались, а с чего начинать разговор, юноша не представлял. В изгнании Ричард отдал бы десять лет жизни за мимолетную встречу со своей королевой, но сегодня, хоть и шел вперед, мечтал об отсрочке.

— Добрый день, герцог. – Уолтер Айнсмеллер приветливо улыбнулся, из-под черных усов сверкнули белоснежные зубы. – А я слышал, что вы больны.

— Вам солгали. – Цивильный комендант не сказал ничего оскорбительного, а придираться к улыбке глупо.

— Видимо, да, – протянул Айнсмеллер, – людям свойственно заблуждаться. Я рад, что вы здоровы, это воистину приятный сюрприз. Такой же, как сегодняшняя погода. Похоже, дожди мы пережили и впереди только солнце. Вы, видимо, спешите?

Ричард кивнул, хотя торопиться ему было некуда. Более того, предложи ему цивильный комендант объехать улицы, по которым пройдет коронационная процессия, Ричард бы с готовностью согласился, но Айнсмеллер ничего не предложил, и Дик пошел дальше, стараясь не разглядывать свое отражение в многочисленных зеркалах. Куафер сделал все что мог, но набеленное лицо напоминало о ярмарочных арлекинах, и Дик приказал смыть с лица предательский грим. Не вышло скрыть полностью – пусть смотрят, герцог Окделл ничего не скрывает и ничего не стыдится.

«Если не можешь спрятать, выставляй напоказ», – сказала как-то Матильда. Речь шла о корсете, который вдовствующая принцесса приказала выкинуть, но сами слова были верными, и Ричард их запомнил.

В Малой приемной толкались придворные и офицеры, в том числе и несколько знакомых. Ричард узнал Никола Карваля и отвернулся. Коротышка-южанин Дику никогда не нравился и к тому же напоминал сбежавшего Хуана. Не лицом, манерами. Тот же наглый, оценивающий взгляд, та же бесцеремонность. Юноша не сомневался, что Карваль и его «чесночники» ненадежны, их держала в столице не преданность королю, а воля Робера, который мог вести себя и поумней, и подостойней. Иноходцу льстит, что его люди ставят своего герцога выше короля, но Повелители служат Раканам и Талигойе, а не себе. Иноходец должен внушить это своему мужичью, но не делает этого. Еще бы, столько лет был единственным близким другом Альдо, а теперь пришлось потесниться.