Книга Яд минувшего, страница 172 – Вера Камша

— Нам не кажется это разумным, – Альдо не выдержал и утер лицо. – Граф Жанду хорошо знает Талигойю, но не Дриксен. Разумнее оставить его здесь.

Старикашка улыбнулся, показав молодые острые зубки:

— Люди слабы, по крайней мере так учит церковь. Если второй советник будет думать о том, как стать первым, а первый – пойдет ли ему посольская лента, об интересах государства можно забыть. Каждый промах старшего будет вредить короне, но приближать младшего к вожделенной должности. Стоит ли в таком случае исправлять ошибки? Трое из четверых решат, что не стоит, а у дипломатии свои правила. Тот, кто хорошо играет в тонто в Паоне, и в Липпе не проиграет, то же можно сказать и о политике. Не сомневаюсь, новый посол быстро поймет, что происходит в этом городе. Прошу меня простить, я должен выпить свой отвар.

— Разумеется. – Государь кивнул, однако не встал, как надеялся задыхавшийся Дикон. Обитое бархатом кресло, в котором сидел юноша, превратилось в горящий камин, в горле пересохло, хотелось лишь одного – выскочить из раскаленной комнаты, но Альдо терпел, и место Ричарда было рядом с ним.

— Еще раз прошу меня извинить. – Темная лапа потянулась к столу. Дикон поправил цепь Найери, стараясь не слушать, как посол с бульканьем глотает темную жижу. Если б не тиканье часов, можно было подумать, что время остановилось, остались только жара и навязчивый сладковатый запах.

— Болезнь сродни любви, – хриплый голос ургота был отвратителен, – она завладевает человеком целиком и оканчивается либо выздоровлением, либо смертью.

— Мы от всей души желаем вам первого. – Альдо тоже слегка охрип. – Однако наш визит преследует еще одну цель. Мы хотим передать его величеству Фоме наши предложения.

— Я весь внимание. – Высохшие пальцы расправили одеяло. Ургот не врал, он и в самом деле подхватил лихорадку. Только больной в состоянии сидеть на сковородке и кутаться в меха.

— Мы хотим видеть талигойской королевой одну из дочерей его величества Фомы, – четко произнес Альдо. – Мы осведомлены о том, что переговоры о возможном союзе двух стран велись и ранее. Мы полагаем уместным завершить их должным образом. Мы готовы назвать своей супругой любую из принцесс.

Слово было сказано, мосты сожжены. Потомок богов свяжет себя на всю жизнь с дочерью торгаша. Слишком дорогая цена, но Альдо думает не о себе, а о победе.

Посол пожевал темными губами и хрипло вздохнул:

— Так вышло, что моя молодость и мое сердце принадлежат этому городу и этой стране. Я был бы счастлив увидеть мою принцессу, въезжающую в Ворота Роз, но обстоятельства этому противятся.

Я позволю себе неподобающую дипломату откровенность. Ургот весьма богат, но, увы, невелик. Пока существовал Золотой Договор, а сила Талига уравновешивалась силой Гайифы и Дриксен, мы были спокойны, так как противоречия сильных хранят слабого. Один из сильных пал. Кто помешает оставшемуся проглотить все, до чего он дотянется? Только союз с теми, кто даст отпор Паоне.

— И кто же это? – сдержанно спросил Альдо.

— Малый или же большой Южный союз. – Ургот в очередной раз закашлялся. – Весы не могут иметь лишь одну чашу, иначе это не весы. Объединение Ургота, Фельпа, южных талигойских провинций, Улаппа и Ардоры неизбежно, а в Золотых Землях привыкли скреплять политические союзы браком. У моего герцога две дочери, а граф Савиньяк не женат.