Книга Яд минувшего, страница 276 – Вера Камша

— Двери! – рявкнул откуда-то Мевен. – Двери откройте! Шире!

— Катарина, что с тобой?! Катарина…

— Врача!

— Госпожу Оллар сопровождает мой личный врач, – голос Левия перекрыл тревожное гуденье, – он в Дубовой приемной, пошлите за ним.

— Сейчас…

Только бы не споткнуться, здесь такие мерзкие ступени…

— Монсеньор, вам помочь?

— Я сам!

Эпинэ нес бесчувственную женщину, а за спиной бился крик Фердинанда:

— Я лгал, лгал!.. Делайте со мной что хотите, но я лгал! Я – трус, я лжец, но я король… И Карл – мой сын… Мой! А Рокэ невиновен… Он спасал Талиг по моему приказу! Он – солдат, а король – я! Я приказывал, он воевал… И я отвечаю… За все и за всех! За моего маршала, за Сильвестра!..

Двери уже закрывались, когда до Эпинэ донесся стук жезлов и вопли судебного пристава:

— Высокий Суд просит покинуть зал… Его величеству… Переносится… На неопределенное время…

Госпожа Арамона, – уже видевшая себя в столичном особняке Джоан сделала вполне сносный книксен, – к вам теньент Левфож.

— Пусть войдет, – Луиза поправила шаль и потянулась к корзине с шитьем, – дверь можешь не закрывать.

— Да, госпожа Арамона, – проныра предпочла бы дверь закрыть, а щелочку оставить. Обойдется, а заодно узнает, что дуэнье молодой герцогини и кавалеру Селины скрывать нечего. И это действительно так. Пока.

Занятая шушуканьем с Айрис дочка на красивого офицера не глядела, Рауль подумал-подумал и принялся обхаживать маменьку красавицы. И ведь не боится! Ну, допустим, Селина и через двадцать лет чудищем не станет, но внучки частенько удаются в бабушек.

— Сударыня, – Рауль подмел щербатый пол столичной шляпой, – прошу меня простить, но вы мне очень нужны.

Луиза отложила шитье и улыбнулась:

— Неужели я? А мне кажется, кто-то другой.

— Вы, – подтвердил Левфож, и Луиза поверила: молодой южанин врать не умел. – Госпожа Селина сказала, будто вы не считаете, что госпожа Мирабелла отравила коня госпожи Айрис.

— Я не слишком хорошо знаю лошадей, – госпоже Селине надо учиться молчать, – однако герцогиня Окделл не похожа на отравительницу. Другое дело, что линарец больше никому не мешал. Садитесь, Рауль.

— Благодарю. – Теньент опустился на неизящно скрипнувший стул. – Сударыня, мне кажется, вы правы.

— То есть? – навострила уши Луиза, после откровений Эйвона проникшаяся к герцогине чем-то вроде сочувствия. – Слуги постарались?

— Поймите, я не могу знать наверняка. И никто не может.

— Говорите как есть. – Мирабелла, конечно, змея, но змея несчастная. Если Айри это поймет, пожар может и погаснуть, душа у великой заговорщицы добрая.

— Лошади – создания загадочные, – лицо Левфожа стало мечтательным, не знай капитанша, о чем речь, решила бы, что теньент думает о Селине. – Недаром говорят, приведи к коню двух коновалов, услышишь про восемь болячек.

— Но вы-то – один, – улыбнулась капитанша, – и вы не коновал, а офицер.

— Сударыня… – Рауль задумался, подбирая слова. Красивый мальчик, хоть и рыжий… – Конь мог отравиться случайно. Если ко́сят, не глядя, в сено может попасть болиголов, дигита или собачья трава. Болиголова, правда, нужно много, и вряд ли бы обошлось только одним конем, а дигита действует иначе. Из трав, что я знаю, Бьянко мог убитькраснопляс, но здесь он не растет.