Книга Год 2000-й. Перелом эпох, страница 87 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

Шок был первостатейный. Обычно в Основном Потоке при словах «Император Всероссийский» сразу представляют последнего злосчастного носителя этого титула — рядового обывателя, вследствие превратности зачатия оказавшегося абсолютным монархом не какого-нибудь карликового Монако, а крупнейшего государства на планете. Но Алексей Николаевич не таков. Он способен не только сидеть на троне по разным торжественным поводам, что не является главным занятием современного монарха (у меня, например, трона вообще нет). Главное его дело — стоять впереди страны, смело смотреть в лицо будущему и в случае опасности вздымать народ на дыбы. Ну или не вздымать, если вопрос смогут в рабочем порядке решить егеря Дальней Разведки и лейб-гвардии штурмовая пехота на своих десантных штурмоносцах. И эта внутренняя сила просвечивает через внешнюю оболочку человека-императора.

Товарищ Иванов, напротив, Алексея Николаевича ничем не удивил. Его соратники и помощники все такие, особенно с тех пор, как я инициировал своего друга и соседа с фланга Истинным Взглядом. Теперь ни один граф Воронцов* не усидит на своем месте — все пойдут в разработку специалистов, к которым император испытывает беспредельное доверие, опять же поверенное алгеброй Истинного Взгляда. Вот и мой спутник тоже достоин такого же доверия, поэтому лицо Хозяина Земли Русской расслабляется.

Примечание авторов: * история с начальником Службы Собственной Безопасности ГУГБ графом Владиславом Воронцовым описана в двадцать пятом томе серии под названием «Неожиданные контакты».

— Ну что же, — говорит он, — мы всегда рады добрым гостям. А теперь, Сергей Сергеевич, изложите, пожалуйста, суть вопроса.

— Суть вопроса проста, — произнес я. — Мне надо показать Сергею Борисовичу, а через него и Владимиру Владимировичу, какой должна быть правильная несоветская российская государственность, чтобы они там у себя не выписывали на местности кренделя в стиле национального танца потомственных либералов «семь-сорок», а шли прямо к цели, перешагивая через любые препятствия.

— Интересно, — хмыкнул Алексей Николаевич, — насколько я помню историю Основного Потока, на двухтысячный год государственная система России описывается словами «президентско-парламентская республика». Уж не задумали вы возродить в тамошней России монархию?

— Нет, — покачал я головой, — юридически возрождать там монархию будет несвоевременно. Просто я воспринимаю всенародно избранного президента как исполняющего обязанности государя-императора и местоблюстителя престола, что означает монархическую форму правления де-факто. При любом другом устройстве верховной власти, с бессильными временщиками в Кремле и клоунами из парламентского балагана, российская государственность начинает быстро клониться к упадку. Проверено неоднократными попытками учинить подобное от семибоярщины времен Смуты до советского Политбюро и девяностых годов Основного Потока, когда эпицентр хаоса находился непосредственно в окружении господина Ельцина, хотя и в Государственной Думе хватало цирка с клоунами и конями. Я разгребал руками и первое, и второе, и третье, а потому говорю об этом как специалист. Чем больше разного народа хватается за штурвал власти, тем хуже конечный результат.

И тут Сергей Борисович не выдержал и вставил свои пять копеек: