Книга За точкой невозврата, страница 122 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

— У нас действительно не было опыта настоящей войны, – хмыкнул я, – но зато был опыт больших учений и проверок боеготовности, а вот Красная Армия перед войной этот момент игнорировала в силу формализма командования, а также боязни излишней аварийности и травматизма. Для начала сгодилась и та квалификация, что была получена на учениях, а потом стал накапливаться и настоящий боевой опыт. И этот опыт, насколько мне известно, годится и в двадцать первом веке, а иначе наши товарищи не отыграли бы начало войны с самостийниками как по нотам.

— Вот это верно, товарищ Погорелов, – согласился комиссар Бородухин, – так мы и будем объяснять этот момент нашим бойцам, а то некоторые из них, хоть и сделали без колебаний свой выбор, все равно испытывают перед миром будущего определенный мандраж. А то как же – ведь им предстоит воевать в ужасном и непостижимом мире двадцать первого века. И в то же время украинских самостийников наши бойцы воспринимают не как обычных врагов, а как изменников рабоче-крестьянского дела за кружевные бабские трусы и этот, как его, безвиз, предавших дело славянского братства и пошедших на службу к самым злобным нашим врагам. Тут и страх не страх, и ужас не ужас, лишь бы найти гадов и покарать со всей пролетарской решительностью…

— А вот это свойство делать выбор, преодолевая страх – есть признак настоящего советского человека, – назидательно произнес я. – Год назад, сражаясь за то, чтобы германский зверь отступил и сел на зад, не худших мы спасали от гибели в бессмысленных окружениях, а лучших. И бойцы с командирами нашей бригады тому доказательство. Учтите это, товарищ Бородухин, в своих проповедях, то есть политбеседах.

— Я учту это ваше замечание, товарищ Погорелов, – сказал наш комиссар, – тем более что оно полностью согласуется с моими собственными наблюдениями.

Вот так, без особых спецэффектов и эмоциональных выхлестов, началась наша подготовка к возврату на войну в двадцать первый век. Долг, как говорят у нас в русском народе, платежом красен.

12 сентября 1942 года, 22:15. Москва, Кремль, кабинет Верховного Главнокомандующего.

Присутствуют:

Верховный главнокомандующий, нарком обороны и генеральный секретарь ЦК ВКП(б) Иосиф Виссарионович Сталин;

Председатель Путивльского горисполкома Сидор Артемьевич Ковпак;

Председатель Путивльского райсовета Осоавиахима Семен Васильевич Руднев;

Посол РФ в СССР – Сергей Борисович Иванов.

Так уж получилось, что в мире Врат сорок первого – сорок второго годов Сидор Ковпак и Семен Руднев не смогли реализовать себя как гениальные партизанские командиры. Подготовка к партизанской деятельности была в самом разгаре, но тут за двести километров к северу открылись Врата – и на этом и германское наступление на Левобережную Украину закончилось, так и не начавшись. Тогда товарищу Ковпаку пришлось вернуться к своим обязанностям председателя горисполкома славного города Путивля, где, по довоенной переписи населения, проживало целых семь тысяч душ с гаком. Предгорисполкома – это такая собачья должность, которая подразумевает, что человек отвечает за все, что можно и что не можно, и при этом имеет множество начальников, не отвечающих ни за что, из райкома партии, горотдела НКВД и из числа всяких залетных проверяющих по разным линиям.