Книга В закоулках Мироздания, страница 108 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

Ребенка я потеряла… Я сказала всем, что поскользнулась на улице и упала – мне было стыдно говорить, что это мой любимый так обошелся со мной.

Я приходила в себя довольно долго. Глеба я ни разу не видела с тех пор. Говорили, что он уехал в другой город, но тогда меня это уже мало волновало. Я зализывала свои раны, читала книги по психологии и старалась занять себя бурной деятельностью.

Постепенно все то, что произошло со мной тогда, стерлось в памяти, уже не причиняя такую боль, словно кровоточащая рана. А со временем все тягостные воспоминания осели в самом потаенном уголке сознания, и я вновь могла смеяться и жить полноценной жизнью. Но случалось, что малейшее случайное напоминание о тех далеких событиях вновь поднимало в моей душе отголосок давнишней боли, и мне приходилось прилагать усилия, чтобы прийти в норму.

И сейчас, увидев это кольцо, я будто заново пережила всю ту забытую историю – вспомнила холодные глаза любимого человека, и как он жестоко избивал меня ногами, и потом – белые стены больницы и ощущение безвозвратной потери… Вспомнила то ощущение тоски, холода и одиночества, несмотря на то, что мама и мои друзья поддерживали меня как могли. Но никто из них не знал настоящей правды…

И вот теперь эту правду знают Ника, капитан Серегин и отец Александр, ибо они тоже слышали, как я, захлебываясь слезами, рассказывала свою историю.

— Не исключено, – тихо сказал священник, – что ту тварь, охота за которой и привела нас сюда, когда-то звали Глебом. По срокам вроде все сходится… И еще, теперь мы знаем, что именно такое кольцо делает человека Адептом Зла, а не наоборот. Причем не любого человека, а именно того, кто готов принять его силу и использовать ее во вред людям. Ведь Анна Сергеевна, то есть Птица, еще тогда не поддалась дьявольскому соблазну, а, напротив, отвергла его, из-за чего и пострадала, но спасла при этом свою душу…

— Вполне возможно, – так же тихо ответил капитан Серегин, – я в этом не специалист и ничего не могу сказать. Но мне жаль, что этот Глеб не попался мне еще тогда – те, что способны избивать беременную женщину, не должны жить ни в каком облике, ни в дьявольском, ни в человеческом.

В этих словах Серегина было столько поддержки и участия, что я чуть было опять не разрыдалась, но усилием воли сдержала себя. Ведь я теперь богиня, или, по крайней мере, волшебница Анна, и должна быть сильной, очень сильной, ибо на меня смотрят те, кто предан мне теперь и душой и телом.

Капитан Серегин Сергей Сергеевич.

Все завертелось быстрее после такого знаменательного события, как появление среди нас прямо из воздуха античного божка Гермесия и занимательной беседы с ним одной из ипостасей Творца, время от времени вселяющейся в нашего отца Александра. Хорошей такой беседы в стиле полевого допроса, расколовшего плута Гермесия от макушки и до пупа. Выбора у нас не было. Если завтра утром тевтоны пришлют сюда полный эскадрон, а может даже два, то и к гадалке не ходи – отбиться от них нам будет чрезвычайно трудно. А то, что они пришлют, в этом нет никаких сомнений. В этом нас убедил рассказ Птицы об особых свойствах эсэсовского кольца. Да и нет здесь ничего такого, что бы нам стоило защищать ценой своей жизни. Поэтому берем ноги в руки и уходим отсюда как можно быстрее.