Онлайн книга «Сопки Маньчжурии»
|
— Это сюда вы ехали из своих штабов «как обычно», – сказал Великий князь Михаил, – а обратно пойдете, как это принято у Сергея Сергеевича в Тридесятом царстве: одна нога здесь, а другая уже там. Так что времени у вас для подготовки атаки будет предостаточно. — Тем более что у врага на флангах только слабые заслоны, – добавил я. – Я же, как бог русской оборонительной войны, наложу на русских солдат и офицеров свое благословение – оно удвоит их силы и увеличит стойкость к ранам. А японцы как враги наоборот, получат на свои головы заклинание из арсенала Бича Божьего, которое сделает их невнимательными, сонными и до крайности ленивыми. И к тому же… Агния! Дверь в приемную открылась – и на пороге появилась амазонка Агния, первая моя Верная из мира Подвалов. В руке у нее было три моих портрета-миниатюры и три портрета Михаила, спешно изготовленные по слепку его ауры после того как он показал возможность осуществлять Призыв и тем самым вошел в клан Патронов. — Эти портреты – не просто картинки, – сказал я, – а нечто вроде полевого телефона, не нуждающегося в проводах, коммутаторах и прочей лабуде. Проведя по портрету пальцем, вы выйдете на связь с обозначенным лицом, чтобы доложить обстановку или запросить следующую задачу. Соответственно, мы с Михаилом Александровичем тоже сможем выйти с вами на связь, чтобы запросить отчета или изменить направление удара. А теперь за дело, господа; как правильно сказал Оскар Казимирович, времени так мало, что его почти нет. При этом смею заметить, что эффект внезапности стоит очень дорогого. На этот раз возражений у господ генералов не осталось; даже барон Каульбарс вяло, как загипнотизированный, отправился по предназначенному для него каналу в штаб третьей армии. Покончив с планированием ночного наступления, я открыл канал в Тридесятое царство и переправил туда всю местную штабную публику во главе с самим Куропаткиным. Пусть пока мы воюем, герр Шмидт и Дима-Колдун (который здесь тоже уже не нужен) рассортируют этих людей на агнцев и козлищ и, самое главное, попробуют вычислить кукловода, все это время успешно рулившего русским главнокомандующим. Я уже чувствую, что после разгрома и замирения Японии главным моим занятием станет чистка петербургских авгиевых конюшен. Бросить Михаила один на один с этим застарелым клоповником просто немыслимо. И возможно, что, стабилизируя эту линию и приводя в чувство местный бомонд, придется чистить не только петербургские, но и лондонские, берлинские и прочие клоаки. Но это будет потом, а сначала необходимо разгромить Японию. 17 (4) декабря 1904 год Р.Х., день тринадцатый, раннее утро. 60 км южнее Мукдена, Маньчжурский фронт. Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский. Несмотря на то, что операция была спланирована буквально на коленке, все у нас получилось почти по высшему разряду. За полчаса до начала операции я по максимуму накачал свою энергооболочку энергией, в результате чего мое сознание всплыло под облака – туда, откуда просматривалось все поле грядущей битвы. И вместе со мной на эту высоту поднялось и сознание Михаила. А как иначе я мог научить его всему тому, что умел сам (конечно, за исключением магических приемов, которые оказались ему недоступны[27])? Как и у князя Александра Ярославича, императора Петра Второго (который Первый) и короля Генриха Четвертого, энергооболочка Великого князя Михаила Александровича обеспечивает только коммуникацию с Верными и непрерывную генерацию потока монаршей Харизмы. |