Книга Творец государей, страница 104 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

— Хорошо, – согласилась я вслух, – блокируй. Только не преврати ее в худую как скелет и высохшую как мумия анорексичку. Видали мы таких – которые за швабрами прячутся и на мухах летают.

— Не бойтесь, Анна Сергеевна, – опустила Лилия глаза долу, – все будет в лучшем виде, потому что на самом деле я поставлю на центр голода не простую блокировку, а ограничивающую канал на три пятых. Просто чтобы девушка не жрала в три горла, а изящно кушала, как и положено при ее статусе. Не купчиха, чай, семипудовая.

Богиня-целительница еще раз критически осмотрела свою пациентку и кивнула каким-то своим внутренним мыслям.

— Помимо ограничений, наложенных на центр голода, – задумчиво произнесла она, – я на пятьдесят процентов усилю работу центра двигательной активности, рекомендуются танцы до упаду, занятия фехтованием, бег трусцой и плавание, и на сто процентов усилю потребность в умственном труде. Не понимаю, как в вашем прошлом она с такой убогой платформой справлялась со своими императорскими обязанностями?

Я честно постаралась вспомнить, что я помню о царствовании Елизаветы Петровны. Получилось, что ровным счетом ничего. Ни каких-то крупных побед, прославивших ее имя, ни каких-то поражений, эпидемий, стихийных бедствий или каких-то еще трагедий. Одним словом, эпоха застоя, не хорошая и не плохая. В одной из книжек*, которую я читала в юности, говорилось, что Елизавета Петровна была суматошной взбалмошной особой, не особо злой (при ней даже никого не казнили) и тратившей на балы и прочие увеселения больше денег, чем на армию и военно-морской флот. Именно она позвала в Россию племянника, сына своей сестры, этого уродского Петра Федоровича, будущего императора Петра III, который, если бы не Екатерина Великая, непременно погубил бы государство Российское.

Еще я помню, что у Елизаветы Петровны были помощники, но все они как один были продажны и получали так называемые субсидии от послов иностранных держав. Тогда такие вещи делались почти официально. Кто-то продавался Англии, кто-то Австрии, кто-то Франции, а кто-то и Пруссии, как тот же Петр III. Возможно, что Россия уцелела при всей этой повальной продажности только потому, что действия тогдашних коррупционеров и интересы их нанимателей прямо противоречили друг другу, и в результате получалась ситуация лебедя, рака и щуки.

Примечание авторов:

* Анна Сергеевна имеет в виду роман Пикуля «Пером и шпагой», который на закате советской эпохи издавался в так называемой «макулатурной серии»**, через что стал доступен достаточно широкому кругу советских читателей.

** «макулатурная серия» – это дефицитные книги, для обладания которыми помимо денег нужно было еще сдать 20 кг макулатуры или хлопчатого тряпья. Как счас помню, мы с матерью тащим в приемный пункт связки старых газет и картонных коробок, а потом с торжествующим видом и новообретенным талончиком идем в спецотдел книжного магазина выкупать вожделенный дефицит.

Одним словом, умственные способности (а точнее, желание учиться и способности к системному мышлению) у молодой Елизаветы требовалось радикально улучшать, а то еще промотает сгоряча страну похлеще любой Анны Иоанновны. Без этого улучшения, пожалуй, планы Серегина возвести на трон эту особу рискуют превратиться в свою полную противоположность.