Онлайн книга «Творец государей»
|
Тем временем Елизавета стала приходить в себя. Веки ее затрепетали, грудь стала вздыматься чаще; вот она открыла глаза и попыталась сесть… — Лежите, милочка, – остановила ее Лилия, упершись указательным пальцем в середину лба Елизаветы, – сейчас я буду делать самое главное, и все, что от вас требуется, так это покой и неподвижность. Спать! Баю-баюшки-баю, не ложися на краю… Услышав начальные слова снотворного заклинания, Елизавета, закрыв глаза, откинула свою голову обратно на мягкую подушку кушетки и, кажется, даже захрапела. Лилия, еще раз размяв и разогрев пальцы (что говорило о важности проделываемой работы), склонилась е посапывающему телу Елизаветы. Первым делом ее воздействию подвергся с недавних пор гладко выбритый лобок девушки, причем занималась она им достаточно интенсивно, и Елизавета, несмотря на магический наркоз, несколько раз довольно громко вскрикивала. — Я решила, – ответила Лилия на мой недоуменный вопрос, – что половая сфера тоже нуждается в корректировке. Молодая женщина должна иметь возможность наслаждаться качеством любовных отношений и их эмоциональным фоном, а не только быстротой трущихся и долбящих движений и размером «бурового агрегата». Оставив в покое лобок, Лилия совершила несколько глубоких нажатий на полпути между им и пупком, потом довольно тщательно трудилась над солнечным сплетением, в то время как грудине между сосками и району гортани было уделено самое беглое внимание. После этого Лилия перешла к голове Елизаветы, массируя и нажимая на виски, область «третьего глаза» и макушку пациентки, пока, наконец, со вздохом не разогнулась, встряхивая онемевшие руки. — Ну вот и все, Анна Сергеевна, – заявила она мне, – дело сделано. Пожалуй, сейчас стоит накрыть эту девицу покрывалом и подождать, пока она сама проснется. Сразу после этого вы можете заняться с ней вашей психологией. Потом отведите ее на магические ванны, а вечером должны быть танцульки до упаду, чтобы растрясти накопленный жирок. Пусть посоревнуется в танцах хотя бы с нереидами – тогда эта первая красавица Московии поймет, то насколько низко она пала. А я что-то притомилась и пойду; так что всем пока-пока! Тогда же и там же. Сон цесаревны Елисавет Петровны. Было жарко, в голубом небе не наблюдалось ни единого облачка. Воздух был густым, пропитанным палящим зноем. Странный ландшафт расстилался передо мной – холмы, занесенные песками, лишь кое-где покрытые чахлой растительностью; среди них где-то вдали виднелись развалины древнего города. Ни животных, ни птиц я не наблюдала – это была мертвая долина, превращающаяся в пустыню. Я бежала по краю бездны. Какая-то сила гнала меня вперед – я не знала, зачем я бегу и куда, но знала, что это необходимо, что если я остановлюсь, то тут же погибну. А бежать было тяжело. Мои ноги, обутые в бальные туфли, вязли в сыпучем песке, пот катил с меня градом, сердце колотилось и дыхание сбивалось. Мне хотелось остановиться, отдышаться, разглядеть окрестности, но я все продолжала бежать, подобрав подол пышного платья – смертельная опасность была совсем рядом и жизнь моя зависела от того, насколько быстро я буду бежать… Бездна слева от меня клубилась красноватым туманом; казалось, там скрываются зловещие существа, готовые вот-вот вылезти из мрачной расщелины в Мироздании и пожрать меня. Я старалась не смотреть в сторону этого ужаса, но то и дело моя голова непроизвольно поворачивалась в том направлении – там, внизу, среди это красноватого тумана, что-то происходило и оттуда за мной внимательно наблюдали чьи-то недобрые глаза… И леденящий страх гнал меня вперед – я чувствовала, что там, впереди, спасение. |