Книга Год 1914-й. Время прозрения, страница 86 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

Под Танненбергом он заявил о себе как о союзнике Российской империи; Бишофсбург, означавший полный разгром восьмой германской армии, утвердил его в этом статусе, а гибель на полях Галиции уже не одной, а целых двух армий Австро-Венгрии выведет его в числе союзников Российской империи на первое место.

Получив известие о появлении на противной стороне войск неизвестной государственной принадлежности, отличающихся от обычных русских как обмундированием, так и вооружением с тактикой, Франц Конрад фон Хёт-цендорф намеревался отдать приказ галицийской группе армий немедленно отступать на Карпатские перевалы и укрепляться там нерушимой стеной обороны, но этому воспротивился император Франц-Иосиф.

— Еще чего! - проскрежетал он своим омерзительным голосом. - Никаких отступлений, вперед и только вперед! Этот ваш Артанский князь, как мне докладывали, настоящее исчадие ада, а добрым христианам нечего бояться порождений Сатаны. Так что идите, мой добрый Франц, и разбейте этого выскочку во славу Божию! А иначе, хе-хе-хе, я на вас рассержусь.

Начальник австрийского генштаба разве что пальцем у виска не покрутил. Если подняться над плоскостью бытия и глянуть на ситуацию с высоты облаков, среди которых летают только ангелы и немногочисленные пока авиаторы, становится понятно, кто тут на самом деле пышущее злобой исчадие ада, а кто Воин Божий. А после приказа начать экзекуции против мирного сербского населения в Боснии не осталось сомнений, что над Австро-Венгерской империей сгущаются черные грозовые тучи, и только смерть старого безумца способна спасти ее от ужасного конца. А тот, как назло, все не умирает! Тем временем в небесах Галиции кружат страшно свистящие птицы Апокалипсиса, ходят в атаку железные легионы солдат из прошлых веков, когда люди были жестче и храбрее, грохочет артиллерийская канонада, и уже обозначились направления фланговых ударов, грозя стиснуть австрийскую группировку в своих ужасных объятьях. В кольце окружения могут оказаться больше полумиллиона солдат регулярной армии, гонведа и ландвера, после чего русские прорвутся через слабо охраняемые Карпатские перевалы и выйдут к исходным рубежам для наступления на Будапешт.

Приказ отступать с боями в южном направлении генералам Данклю и Ауффенбергу уже отдан, да только сделать это так, чтобы не рухнул фронт на севере, не представляется возможным. Стоит русским четвертой и пятой армиям от стояния в полевой обороне перейти к решительному натиску, и австрийское отступление сразу же превратится в безоглядное бегство, которое приведет их не к безопасности, а в плен. И в том, что русские начнут атаковать сразу, как только заметят признаки отхода, Франц Конрад фон Хётцендорф не сомневался: если до этого не додумаются сами русские генералы, то на таком решении настоит Артанский князь, уже набравший в глазах императора Николая непререкаемый авторитет.

Семьсот седьмой день в мире Содома. Поздний вечер. Заброшенный город в Высоком Лесу, Башня Терпения, Госпитальные палаты.

Князь императорской крови и корнет гвардии Олег Константинович Романов

Всю свою сознательную жизнь, с самого раннего детства, я хотел приобщиться к чему-то чудесному и волшебному: пройтись по древним улочкам Константинополя, когда он еще не стал Стамбулом, и помолиться в храме Святой Софии. Потом я хотел встретиться со Святым князем Юрием Всеволодовичем и всем его семейством Владимирских мучеников, предупредить невинных дев о страшной опасности. И вот, волею судеб и пожеланием Всемогущего Господа, я оказался в Тридесятом царстве, откуда мои детские желания уже не выглядят чем-то невозможным.