Книга Чаша гнева, страница 92 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

— Так уж получилось, - ответил я, - что экс-император, экс-императрица, их дети, а также сопровождающие лица пока находятся в относительной безопасности, ибо до места их ссылки в Тобольске еще не добралась советская власть, и даже о ликвидации Учредительного собрания там станет известно не ранее, чем через десять дней. Возможность расправы угрожает сейчас в первую очередь бывшему Великому Князю Михаилу Александровичу, пока еще проживающему в Гатчине. Это совсем рядом с эпицентром событий, и не исключено, что прямо сейчас отряд анархиствующих матросов направляется туда из Петрограда, чтобы убить хоть кого-нибудь из знаковых фигур, раз я забрал у них из-под носа арестованных лидеров кадетской партии. Еще некоторое количество ваших злосчастных родственников обитают в Крыму, в имении Дюльбер, но их положение не так опасно, потому что опекуном им от центральных властей назначен революционный матрос неопределенной партийной принадлежности по фамилии Задорожный. На самом деле это загадочный человек, потому что, по непроверенным сведениям, до революции он служил в Качинской авиашколе под командованием великого князя Александра Михайловича, а после завершения своей миссии бесследно исчез, будто растворился в пространстве. В Основном Потоке все члены семьи Романовых, порученные его попечению, благополучно дождались прихода сначала германских оккупантов, а потом и англичан, после чего живыми и здоровыми выехали в Европу на британских военных кораблях. Сие не значит, что я брошу крымскую группировку Романовых на произвол судьбы, но начинать следует все же с Гатчины. Михаил Александрович, вы составите мне компанию в этой операции, чтобы ваше «другое я» при этом не особо волновалось?

— Разумеется, Сергей Сергеевич, - коротко кивнул мой собеседник. - Со своим воплощением из времен русско-японской войны я встречаться просто боюсь, экое он чудовище, но вот с этим «другим я» почему бы и не поговорить. Но что вы собираетесь делать с ним дальше, ведь в родном мире места ему уже не будет?

— Если он услышит Призыв, - ответил я, - то возьму его с собой в верхние миры. Хорошие генералы с задатками командующих подвижными соединениями на дороге не валяются.

— А почему этот Призыв не слышу я? - спросил Михаил Александрович. - Ведь, насколько я знаю, император Михаил из пятого года стал вашим Верным.

Я посмотрел на него внимательным взглядом и ответил:

— Моим верным стал не император Михаил, а поручик синих кирасир Мишкин, а это совсем не одно и то же. Я же сделал все возможное для того, чтобы мой новый Верный как можно скорее возмужал, превратившись сначала в генерал-лейтенанта Михаила Романова, а потом и в императора Михаила Второго. Теперь он для меня не подчиненный, а сосед с фланга, которому Творцом Всего Сущего поручена самостоятельная задача. Должен сказать, что Призыв обычно слышат либо одиночки-ронины, ни с кем не связанные узами верности, либо люди, сильно неудовлетворенные своим положением, ибо их текущий Патрон оказался ненадлежащего качества. Именно на этом основании ко мне от императора Александра Павловича ушла целая армия героев Бородинской битвы. Вы же к моменту нашего тесного знакомства уже приняли предложение своей племянницы, и оно вас вполне устроило.