Онлайн книга «Исцеление огнем»
|
— Шутить-то Он умеет, но смешно при этом бывает не всем, - ответил я. - Но давай собираться, сейчас на штурмоносце прибудут Елизавета Дмитриевна с Колдуном, и настанет время отправляться в путь. 19 августа 1941 года, шесть часов вечера, Брянская область, Унечский район, окрестности поселка Красновичи Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский Быстро слово сказывается, но не быстро дело делается, но, так или иначе, вот мы уже на месте. Елизавета Дмитриевна, чтобы не давить попусту священную социалистическую собственность, то есть картошку, опустила свой штурмоносец прямо на дорогу, мы вышли и оглядываемся по сторонам. Перед нами - колхозное картофельное поле, тут жарко, пыльно и так тихо, что слышен одинокий жужжащий овод, так и норовящий выпить у кого-нибудь из нас немного крови. Но заклинания охранного ветра отгоняют настырное насекомое в сторону. Не до тебя сейчас, кыш, противный. Колдун надевает свои знаменитые темные очки для осмотра местности магическим зрением, и сразу снимает их. — Вот оно, Сергей Сергеевич, - говорит он, одной рукой указывая прямо перед собой, а другой протягивая мне очки. - Проявления очень слабые, а потому при дневном свете магическим зрением просто так не распознаются. Я надел очки, которые сами подстроились мне по лицу, и повернул голову в указанном направлении. И точно. В угольно черной тьме, как на фотографическом негативе, прорисовались контуры лежащего на земле серого облака и силуэты людей и машин возле него. Именно что силуэты, в которых легко и непринужденно узнавались дойче зольдатен унд официрен: уж больно специфическая форма касок на головах у некоторых персонажей. Но главное заключалось в том, что в это облако густыми колоннами втягивались германская пехота, грузовики с пушками и мотоциклисты, ведущие свои байки «в поводу». — Да, товарищи, - сказал я, возвращая очки Колдуну, - это полный лютый гнездец. Пожалуй, в том мире на этом месте в самом ближайшем времени будет не менее горячо, чем во время нашей встречной рубки с германскими танковыми дивизиями под Житомиром, или даже еще жарче. — А в чем, собственно, дело, товарищ Серегин? - вполне предсказуемо спросил Виссарионыч. — Там, - сказал я, - наблюдается картина вторжение немецко-фашистских захватчиков через но-вообразовавшиеся Врата в парный мир, лежащий выше по временному потоку. Колдун, какой там примерно год? Наш маг-исследователь развел руки в стороны и сказал: — Эта пара миров конгруэнтна той паре, что связана техногенными порталами. На одной стороне диких Врат сорок первый год, на другой - примерно две тысячи семнадцатый-восемнадцатый... Точнее можно было бы сказать, если пощупать тот мир руками, но это невозможно, так как на канал, что ведет к той паре миров, наложен логический запрет, скрепленный печатью Отца. — Мир две тысячи семнадцатого-восемнадцатого года для нас, можно считать, терра инкогнита, как и любое другое время после нашего отбытия, - пояснил я Виссарионычу, - но если там не случилось каких-то резких немотивированных событий, то местную обстановку я могу прямо сейчас спрогнозировать с приемлемой точностью. С четырнадцатого года из-за значительного осложнения международной политической обстановки, что было связано с украинским Майданом, приграничную полосу, раньше вообще лишенную военной инфраструктуры, начали насыщать войсками в пунктах постоянной дислокации. Также в процессе учений происходило непрерывное повышение боеготовности частей и соединений - как в зоне возможного конфликта, так и в тыловых округах. Боеготовность, достигнутая на учениях, хуже той, что получена непосредственно в ходе боевых действий, но лучше ее полного отсутствия... |