Онлайн книга «Пятый подвиг Геракла»
|
Все засмеялись. Все знали за Ю Су такую особенность: почти не владея русским языком, он иногда любил перекинуться фразами с членами большого семейства. При этом наибольшее расположение он проявлял именно к Диме. «Как дела, малятая гаспадина?» — спрашивал он частенько, завидя старшего генеральского отпрыска. «Хорошо, Ю Су, как сам поживаешь?» — отвечал тот. «Халясо, халясо! Зиница хацю!», — отвечал китаец, показывая в улыбке почти полное отсутствие зубов. «Так чего не женишься?», — спрашивал Дима. «Девиська малатой любит!», — смеялся в ответ пожилой садовник. Почти полдня провел в кругу своей семьи генерал Хорват. После обеда явилась необычная посыльная с заостренными ушами и деловито сообщила, что всех их, вместе со слугами, ждут в так называемой Башне Терпения на предмет медицинского обследования и назначение процедур по показаниям. Камиллу Альбертовну буквально потряс «срамной» вид посыльной: коротенькие штанишки, едва прикрывающие ягодицы, и такая же коротенькая маечка, являющая взору загорелый подтянутый животик. Но муж сказал ей, чтоб она привыкала к такому и оставила свою чопорность, совершенно неуместную при здешних порядках и жарком климате. Сам-то он совсем не без удовольствия смотрел на этих симпатичных девиц, присутствующих тут в изобилии… Часть 84 Девятьсот шестой день в мире Содома, полдень, Заброшенный город в Высоком Лесу, башня Силы Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский Вот уже сутки показатель наполненности канала стоит на отметке в девяносто пять процентов, и не сдвигается ни на гран. По моему квалифицированному мнению, меня просто придерживают на пороге за шиворот, чтобы я не кинулся укреплять дошедший до своего экстремума вариант сталинизма. Вряд ли товарищ Сталин из марта пятьдесят третьего года, ожесточившийся, и в то же время уверенный в своём всемогуществе, будет так же вменяем и сговорчив, как он же образца июля сорок первого года, когда рушилось все, и Отец Народов был готов схватиться за любую возможность, лишь бы прекратить этот кошмар. И ведь те шакалы и подхалимы, которые в пятьдесят третьем году прямо сейчас готовятся вступить в схватку за власть над остывающим телом вождя, взялись в ЦК и Политбюро не сами по себе. Всех из привел за руку и рассадил по местам генеральный секретарь ЦК ВКП(б) Иосиф Виссарионович Сталин-Джугашвили, а те, что ему не нравились, давно сгинули в расстрельных рвах и закоулках Гулага. В оправдание подсудимому можно сказать только то, что действовал он исключительно в интересах страны, и ушёл в историю победителем нацизма, в поношенном кителе и стоптанных сапогах, а те деятели, что поливали его дерьмом, о стране не думали вовсе. Все их мысли были только о себе, любимых — как красиво они будут смотреться на страницах истории, пиная мертвого льва. У меня по этому поводу своё мнение. Никогда не любил гиен и шакалов, поэтому те из них, что не спрячутся, должны знать, что их найду всех и убью, некоторых прямо вместе с потомством. Что касается вопроса с репрессиями, то он должен быть расследован со всем тщанием, в первую очередь на тему того, кто подавал товарищу Сталину расстрельные списки и прикладывал к ним докладные записки, в которых говорилось, что «данные граждане полностью изобличены в инкриминируемых им деяниях». Также необходимо выявить конечных бенефициаров этих комбинаций с репрессиями, кому требовалось, чтобы были расстреляны люди именно по этим спискам… |