Книга Пятый подвиг Геракла, страница 126 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

И, конечно же, меня интересуют четыре миллиона доносов, в пятьдесят третьем году ещё бережно сохраняющиеся в архивах… Ход давали далеко не каждому заявлению, но все авторы таких бумажек должны быть идентифицированы — если потребуется, с применением технологий цивилизации пятого уровня. И это важно не только для сорок пятого и пятьдесят третьего годов. Быть может, эту информацию понадобится оглашать в девяностых-двухтысячных, если ярый антисоветчик-антисталинист окажется вдруг сыном или внуком даже не стукача, а человека, писавшего ложные доносы на соседа, конкурента по работе, мужа желанной женщины или хозяина понравившейся квартиры. Чем либеральнее персонаж, тем более он склонен к такой манере поведения.

Все это, включая вопрос возможного преемника, я без прикрас и экивоков обсудил с товарищем Сталиным из сорок первого года. Я был бы не я, если бы не сказал ему об этом прямо. Немного помолчав, вождь советского народа сказал, что если меня действительно держат за шиворот в ожидании какого-то момента, значит, так тому и быть. А ещё он попросил, чтобы в случае смерти личности товарища Сталина тело его умерло быстро и безболезненно. Мир не должен увидеть бывшего Отца Народов нечленораздельно мычащим и гадящим под себя. А ещё Виссарионыч просил, чтобы Никитку непременно взяли живьем. Есть у него подозрение, что этот поц был как-то причастен к смерти Надежды Аллилуевой, знакомой ему по учебе в Промакадемии. Эта странная смерть, наряду с убийством Кирова, входила в цепочку событий, непосредственно предшествовавших Большому Террору, когда «органы» принялись крушить и настоящих врагов народа, и всех, кого просто случайно зажевало в мясорубку. И тут опять необходимо обратить внимание на четыре миллиона доносов. Палый лист прячут в лесу, сосну среди ёлок, а козырный интерес — внутри кровавой вакханалии, когда непонятно, кто мочит, кого и за что.

По поводу возможного преемника тамошнего товарища Сталина мы сошлись на фигуре Александра Михайловича Василевского, на тот момент Министра Вооруженных сил СССР. После смерти Верховного Василевского понизили до заместителя министра обороны, а перед двадцатым съездом решением Хрущева отставили с действительной службы и перевели в председатели советского комитета ветеранов войны. А для такого масштабного человека это непозволительно мелко. Во имя справедливости нужно сделать наоборот: интриганов, кинувших всю страну (а там не один Хрущев), отправить в мясорубку, а Василевского — в президенты, то есть генеральные секретари. Энергооблочка тут же сообщила, что ловить всю это кодлу необходимо на совместном заседании Пленума ЦК, Совмина и Президиума Верхового Совета, которое состоялось в Большом Кремлевском Дворце пятого марта в двадцать часов вечера и продолжалось всего сорок минут. Что Сталин к тому моменту был уже мертв, и к гадалке не ходи, иначе «эти» бы просто не осмелились. Василевский тоже должен быть там как член ЦК, а все остальное — дело техники и небольшого вооруженного насилия. Народу только будет побольше, чем в восемнадцатом и семьдесят шестом году, а так вправлять мозги местным большевикам — дело для меня привычное. Если что, батальон капитана Коломийцева следует постоянно держать наготове, с прикладом у ноги, чтобы как только, так сразу.