Онлайн книга «Пятый подвиг Геракла»
|
И как только он попрощался, вновь улыбнувшись своей прекрасной улыбкой, дверь открылась, и та же остроухая девица пригласила Молли следовать за ней. Будучи совершенно ошарашенной только что услышанным от мальчика-мага, погруженная в мысли, Молли не замечала ничего вокруг. И вот она оказалась в ещё одном кабинете с белыми стенами. Тут все было почти так же, как в комнате у Деметриуса, за исключением того, что, помимо стульев, имелась ещё и удобная кушетка для лежания, покрытая белоснежной простынкой. Женщина, что встречала Молли, напомнила той о девочке-докторе, потому что выглядела похоже: белый халат, шапочка. Но при этом вид её, в отличие от маленькой шалуньи, был чрезвычайно серьёзен и сразу внушал почтение. Бывшая матка никогда не видела ТАКИХ женщин — деловитых, уверенных, важных, и в то же время лучащихся добротой. В её прежней жизни таких просто не могло существовать. И вся душа её, чистая и невинная, не знавшая ничего, кроме стен барака, равнодушных чернокожих нянек и безропотных товарок, открылась и потянулась к этой докторше… — Проходи, милая, — сказала та приветливо и, увидев, что пациентка взялась за край платья, добавила: — Нет-нет, раздеваться не надо… Ты у нас Молли, так? Ложись вот сюда, на кушеточку. Меня зовут доктор Максимова, будем знакомы. Молли легла на кушетку, ожидая, что сейчас её начнут ощупывать, как делал это доктор Митчелл. Но вместо этого доктор Максимова просто склонилась над ней и стала скользить взглядом по её телу, одновременно кивая каким-то своим заключениям. Это продолжалось несколько минут. — Так-так… — наконец произнесла она и вздохнула. — С ребеночком все в порядке. Но он довольно крупненький… А твой организм ослаблен. При родах могут быть проблемы… Поэтому тебя надо срочно в ванну. Вот прям срочно. Глаза её выражали теплоту и сочувствие. Молли хотелось что-нибудь сказать ей, чтобы выразить свои чувства, но она не знала слов признательности. И в каком-то порыве она вдруг схватила руку доктора Максимовой и принялась её гладить. И та не отняла свою руку, а второй рукой принялась ласково похлопывать Молли по запястью. Глаза её странно блеснули при этом, и она тихо и умиротворяюще произнесла: — Ну что ты, милая… Все будет хорошо! Ты в безопасности. Тебя здесь любят. Твой ребеночек здоров! И тебя мы вылечим, даже не сомневайся! Такая у нас работа. — Я не… не сомневаюсь… — наконец смогла разлепить губы Молли. — Ну вот и хорошо, милая! Когда мы тебя вылечим, все будет у тебя так, как ты захочешь. Никто тебя больше не заставить делать что-то против своей воли. Никогда! Родишь малыша — можешь оставить его себе, и о вас позаботятся, вы ни в чём не будете нуждаться. Знаешь, как это здорово — воспитывать забавного карапуза! Ах, дети — это такая радость! Смотреть, как они сначала сосут грудь, а потом растут, учатся ходить, разговаривать, и при этом знать, что впереди у них — только большая светлая жизнь! Эти удивительные слова завораживали Молли. Ей хотелось слушать и слушать их, и она боялась одного — что ей скажут уходить, так как осмотр закончен. Но её не торопили… И тут ребёнок в её чреве проснулся и зашевелился, словно отзываясь на прозвучавшие слова. Доктор Максимова тихонько засмеялась и погладила заходивший ходуном живот Молли. |