Онлайн книга «Лекарство против застоя»
|
Впрочем, если финское командование и считало описанную обстановку такой, что хуже не бывает, то сегодня его мнение на этот счет резко переменилось. Хуже бывает, да еще как! Еще вчера в полдень в Москве решили, что уже пора, а в девять часов вечера на лед Финского залива в окрестностях Таллина сошли переделанные из БТР-50 первые гусеничные машины-путепрокладчики особого саперного батальона разграждения. Скорость движения — десять-двенадцать километров в час. Три средних машины расчищали от снега и льда полосы для движения автотранспорта и легкой гусеничной техники, и тут же посыпали их песком. Четыре крайних машины (по две справа и слева) переделанные в ратраки*, оставляли за собой по три готовых лыжни. По заранее накатанной трассе подготовленный лыжник способен развить скорость ничуть не меньшую, чем у кавалерии на рысях. Что касается безопасности всей этой операции, то, по имеющимся у советского командования данным, толщина льда в Финском заливе нигде не была меньше шестидесяти сантиметров, что в двадцатипятиградусный мороз с определенными предосторожностями (при укладке сборных щитовых покрытий) позволяло выпускать на лед даже тяжелые танки. Как-никак на дворе стоит самая суровая зима столетия. Сбиться с пути и проложить трассу не туда саперы тоже никак не могли, потому что на головной машине была установлена навигационная система-курсопрокладчик производства мастерских «Неумолимого». Трасса была проложена с учетом обхода опасных и труднопроходимых мест, причем заранее, а все остальное, как говорится, дело техники. Не зря же все участники операции в поте лица готовились к ней почти два месяца. Примечание авторов:* ратрак — машина для прокладки (прорезки) готовой лыжни. И вот когда голова каравана разграждения удалилась от берега примерно на километр, на проложенную трассу вступили головные машины из состава первой гвардейской мотострелковой дивизии НКВД, двигавшейся в авангарде 8-й армии. Десантные отсеки БТР-50 были забиты боеприпасами и прочим необходимым в бою имуществом, а спешенные бойцы мотострелковых подразделений бежали рядом на лыжах. Ночь была мало того что непроглядно темной (потому что не было луны), так еще на небе висела низкая густая облачность, сея реденький снежок. Единственным ориентиром для движущихся на Хельсинки советских войск была накатанная трасса, едва заметная в призрачном свете маскировочных фар, а лыжники видели лишь слабо фосфоресцирующий жилет впереди идущего бойца. Танков в составе дивизии не имелось, зато каждый мотострелковый батальон был усилен батареей ЗСУ-57–2. В СССР семьдесят шестого года эти машины массово снимались с вооружения танковых и мотострелковых дивизий и заменялись более современными установками ЗСУ-23–4 «Шилка», а потому их отправка в сорок второй год была ожидаемой. Впрочем, в данном случае эти установки могли потребоваться скорее не для борьбы с белофинской авиацией, прекратившей свое существование с началом советского наступления в Карелии, а как средство огневой поддержки с зенитными углами возвышения. Однако пулеметные гнезда в подвальных и полуподвальных помещения очередями 57-мм пушки тоже должны разбираться на раз. Проверено в полигонных условиях. Следом за первой гвардейской дивизией НКВД вперед двинулись остальные силы 8-й армии: 1-я саперно-штурмовая бригада особого назначения, 10-я, 11-я и 86-я стрелковые дивизии РККА, 59-й, 273-й и 274-й отдельные лыжные батальоны, 519-й и 101-й гаубичные артполки РВГК (по двадцать четыре 152-мм пушки-гаубицы МЛ-20), 6-й и 7-й артполки ПТО (по двадцать четыре 76-мм пушки ЗИС-3), 20-й отдельный минометный батальон (сорок восемь 120-мм минометов обр. 1939 года), а также 20-й, 39-й, 133-й отдельные зенитно-артиллерийские дивизионы (по двенадцать 37-мм зенитных пушек и двенадцать 12,7-мм зенитных пулеметов ДШК). Командовал армией генерал-майор Андрей Леонтьевич Бондарев, герой приграничного сражения июля-августа в районе Сортавалы, в результате которого финны понесли серьезные потери, и не солоно хлебавши откатались на исходные позиции. |