Книга Год 1991-й. Беловежская Голгофа, страница 105 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

— Ну, хорошо, товарищ Серегин, — сказал новый-старый министр внутренних дел. — Что вы предлагаете делать дальше?

— Дальше органы внутренних дел на этой территории необходимо формировать заново, — ответил я. — И на первых порах при этом на временной основе вам понадобится задействовать сотрудников откомандированных с территории РСФСР. Если опять случится какая-то крупная буча, то по вызову прилетят мои люди, а вот по мелочи с наведением порядка вам придется справляться самостоятельно. И еще: тут мне сообщили, что на тбилисской «улице» оппозиционные и сепаратистские настроения считаются хорошим тоном — и для мальчиков, и для девочек. Так вот, если ситуация не изменится, то улицы в этом городе опустеют. У меня в шаговой доступности имеется достаточное количество мест, не столь приятных для жизни, как современная городская среда с электричеством, центральным отоплением, горячим и холодным водоснабжением и общественным транспортом. В том случае, если убеждение окажется бессильным, я непременно прибегну к подобным методам, и жалко при этом мне не будет никого, за исключением детей, не затронутых националистической пропагандой, которых я помещу в воспитательные учреждения своей метрополии, чтобы выросли нормальными людьми, а не убийцами и моральными уродами*.

Примечание авторов:* дети 1991 года — это будущая пехота Саакашвили во время так называемой «Революции роз» и участники попытки окончательного решения югоосетинского вопроса, закончившейся пятидневной войной.

— А не слишком ли это, гм, жестоко? — спросил Евгений Максимович Примаков. — Нельзя ли как-нибудь помягче?

— Нет, нельзя, — с нажимом произнес я. — Когда вскрывают абсцесс, то вместе с гноем из-под скальпеля хирурга неизбежно брызжет кровь. К тому же у моей службы безопасности имеются точные и безошибочные методы отделения закоренелых козлищ от агнцев и тех, кого еще возможно исправить. Могу вас заверить, что наказание каждому будет точно определено исходя из степени его личной вины, и на этом прошу закончить разговор на эту тему. Вы все тут обычные люди, которым свойственны присущие вашему миру заблуждения и предубеждения, а я, помимо всего прочего работаю Божьим Бичом для всяческих негодяев. После того, как ваш мир был отдан мне для исправления, никто из тех, что способствовали его превращению в инферно не избегнет расплаты за содеянное. Свою доброту я проявляю только в отношении жертв этих людей, которым предназначается моя братская любовь, а к их обидчикам я буду беспощаден.

— Ну хорошо, с Грузией все понятно, — кивнул Примаков, — а теперь скажите, что будет дальше.

— Операция в Тбилиси, свирепая и стремительная, и в тоже время бескровная, отрезвила от угара многих и многих, примеривших эту ситуацию на себя, — сказал я. — Тактика прятаться за спины гражданского населения со мной не проходит. Этих людей гонит вперед мнимая национальная солидарность и круговая порука архаического по сути общества. Сами не ведая, они собственными руками разрушают былое благополучие. Насмотрелся я знаете по телевизору еще в своем мире на исхудавших голодных женщин, нищенских доходов которых не хватает даже на еду, дома без центрального отопления зимой, и зачастую без света и воды — и тут же сытые, лоснящиеся рожи националистических политиканов, напрямую состоящих на американском госдеповском коште.