Книга Год 1991-й. Беловежская Голгофа, страница 134 – Александр Борисович Михайловский, Юлия Викторовна Маркова

Это наивное дитя жестокого мира сказало, что с радостью примет меня в качестве главной женщины в этом доме, чтобы мы вместе сделали счастливым нашего возлюбленного господина и повелителя, не пытаясь разделить его на части. Я уже знаю, что после того, как армия моего жениха еще раз покрыла себя неувядаемой славой в сражениях нескольких верхних миров, решением господина Серегина ей было назначено поселиться на этой разоренной земле и оплодотворить ее своим присутствием, ведь и генералы, и офицеры, и солдаты в ней служат лучшие из лучших. Господину Серегину нужно, чтобы это их потомки унаследовали эту пустынную ныне землю, чтобы местность тут снова покрылась селениями и городами, чтобы в люльках пищали многочисленные младенцы, рожденные в законных браках по любви, в церквах честные священники возносили молитвы Богу, а в школах учителя преподавали ребятишкам арифметику, грамматику и географию.

Последнее нужно потому, что Специальный Исполнительный Агент самого Господа строит тут такую цивилизацию, в которой необразованный человек не сможет найти себе никакого применения. И даже землю тут собираются пахать по-особенному — не мужичками на лошадях, а диковинной машиной по имени «трактор», заменяющей целую деревню земледельцев. Любезный Пьер как-то отвел меня на задний двор и показал эти самые трактора, вокруг которых, выстроенных в ряд, деловито хлопотали мужчины и женщины мастерового вида. Совсем скоро тут наступит весна, и тогда эти железные звери, неистово рыча, своей мощью примутся снова превращать окружающие пустоши и луга в плодородные поля. Земледельческого населения при таком устройстве хозяйства требуется совсем немного, а остальные могут заниматься тем, о чем я пока и помыслить не могу. По этому поводу у меня есть уверенность только в том, что без какого-либо дела у местного владетеля сидеть не будет никто. Во всем прочем я чувствую себя тут так же, как тамбовская крестьянка, попавшая ненароком в Геттингенский университет или в Сорбонну: все заняты чем-то важным, и лишь одна я, как дура, ничего не понимаю.

Впрочем, подобные вещи интересовали меня лишь потому, что я хотела знать, насколько прочная почва под ногами у моего милого Пьера, ведь если я решусь принять его предложение, то должна буду разделить с ним все радости и невзгоды. И кипящая вокруг бурная деятельность, в том числе подготовка к строительству новых зданий, убедила меня, что по части условий для жизни на новом месте жительства моего милого Пьера все будет хорошо. Оказалось, что за обустройство территории Метрополии своей Империи господин Серегин взялся с тем же тщанием и решимостью, как и за любое другое дело, а потому никто из тех, кто ему доверился, бедствовать никогда не будет.

И недостающие знания тоже оказались делом наживным, а не чем-то невероятным. Как только я соглашусь выйти замуж за Пьера, меня отведут в одно интересное место, где нужные знания вложат мне прямо в голову. Мол, таковы чудеса цивилизаций самых высоких уровней: чтобы обучиться всему необходимому обычным для нас способом, там не хватит и нескольких жизней, а потому машины там не только пашут и строят, но и учат. Вопрос только в том, хочу ли я жить такой бурной жизнью, когда все меняется буквально на глазах, или желаю вернуться в свой привычный тихий мир, где еще долго ничего не изменится. Уж на мой-то век покоя там точно хватит, а милый Пьер обойдется и без меня — вон сколько тут у него преданных и неревнивых поклонниц. И это еще я не про всех знаю… С другой стороны, смогу ли я сама обойтись без него, ведь он единственный из мужчин, которому я интересна сама по себе, а не как великая княгиня, сестра и дочь всероссийских императоров. Ему единственному не нужно от меня ни титула, ни статуса, ни даже банального приданого. Я чувствую, что он взял бы меня даже голой отвергнутой бесприданницей, и вознес на те же вершины, что и сейчас.